Лестница бога. Пенталогия (СИ)

Я не всегда был в клане Лерой. Раньше жил без клана, смогу прожить и в будущем. Литэйла боится, что я уйду сам, если она попытается заставить меня сделать то, что идёт вразрез с моими понятиями о чести и достоинстве. Продажа людей - одно из таких понятий. Люди от рождения свободны и только сами имеют право определять, кому служить и кому подчиняться. Поэтому и рекомендую поговорить сначала с Мидо.

- Спасибо за совет, с Мидо я поговорю обязательно. Но всё же, что ты будешь делать, если решишь уйти из клана?

- Чтобы уйти, мне нужны будут крайне веские основания - я привязан к клану своей семьёй. Тут госпожа Литэйла неплохо постаралась...

- А всё же?

- Скорее всего, для меня почти ничего не изменится. Продолжу преподавать в академии. Придётся построить новый дом для моей семьи и новую школу - существующая принадлежит клану.

- А дом со школой тебе зачем? Жёны - клановые. А в школе - кого тебе учить?

- Не знаю, как по поводу, моих жён, но я почти уверен, что вместе со мной клан покинут практически все мои ученики. Лерой лишатся и пилотов, и охранников.

- Ты серьёзно?

- Такой вариант наиболее вероятен, хотя часть людей, возможно, останется. Скорее всего, те, которые в школе недавно и ещё не успели проникнуться её духом.

- То есть ты практически обескровишь клан Лерой?

- Не совсем так. Мои ученики составляют незначительную часть от общей численности клана. Менее одной десятой.

- Но самую боеспособную.

- Не могу отрицать очевидного.

- И они согласятся лишиться клана?

- Зачем лишаться? Они создадут новый клан. Процедура достаточно простая.

- И ты в нём будешь патриархом?

- Скорее всего. Я не стремлюсь к власти, но если меня попросят - отказываться не буду. Хотя у меня есть на примете несколько подходящих кандидатур. Кстати, Мидо вполне мог бы потянуть бремя патриарха - его бы чуть-чуть подучить и поднатаскать в клановых интригах.

- И Литэйла об этом знает?

- Догадывается - она очень умная женщина, в здравомыслии и проницательности ей не откажешь. Я в самом начале нашего знакомства предупредил её, что манипулировать моими учениками у неё не получится - для них не будет авторитетов, кроме собственной чести и пути воина. Воин не боится собственной смерти - с чего бы ему бояться гнева какого-то матриарха или императора? А я - их учитель. Так что получили то, что получили.

- Теперь становится понятным твоё поведение на переговорах. С матриархом Ойхо ты говорил на равных. Говорил с позиции силы. Так говорить можно только тогда, когда и чувствуешь себя на равных. Со мной ты тоже разговариваешь, как с равной. Но если твой ученик Мидо такой же, как ты - ничего страшного, если он будет говорить на равных с матриархом. Наверное, мы сможем с ним как-то ужиться."

"- Если он так запал тебе в душу - поговори с ним.