Лестница бога. Пенталогия (СИ)

Причина весомая и обжалована армейским судом быть не может - ранение, снижающее боеготовность солдата и препятствующее выполнению воинского долга, и отсутствие в отряде магов-медиков, которые могли бы поставить раненых бойцов в строй. Я так это и напишу в сопроводительном письме. А чтобы за вас не сильно цеплялись, в этом же письме напишу, что в ваших ранениях и невозможности излечиться здесь и сейчас виноват вовсе не я, а конкретные военачальники - я даже назову их имена - не выполнившие моей просьбы и не усилившие нашего отряда четырьмя боевыми магами и профессиональным магом-лекарем, как я и просил перед рейдом. Ваши ранения и потери отряда - только и исключительно по этой причине. Имея под рукой пятерых магов, я сейчас имел бы полнокровный отряд...

- Это вызов, это плевок в лицо самому брату герцога...

- Думаешь, я этого не понимаю? Молодой герцог не только спит и видит, когда помрёт не имеющий детей его венценосный старший брат - он ещё и ненавидит всех одарённых. Ненавидит неистово, самозабвенно, как только может ненавидеть серая бездарность успехи других людей. И неважно, что для этого мы, одарённые, проливаем моря крови и пота - все видят только результат, примеряют себя на нашем месте, завидуют, что они - не мы. Приставка Рой к моему имени, которой так часто пугают детей по всей Натане, просто так не даётся.

- Я - не одарённый, Азир-Рой. И я тебе не завидую.

- Вот поэтому ты и проживёшь подольше. Но ненамного - если бы не было войны, тебя в герцогстве, видя твои успехи, рано или поздно или обвинили бы в чём-нибудь незаконном, или просто прирезали тихо где-нибудь в углу. Но так как ты, как я вижу, оказался столь опытным или удачливым, что не получил ни одной царапины во всех наших стычках, то тебе суждено до конца повторить мой путь.

- Я счастлив, командир, что я пройду с тобой до конца. Честь дороже жизни!

- Вот поэтому люди, знающие, что такое честь, и умирают первыми. А брат нашего герцога обязательно выживет - этого подонка ведь никто и никогда не видел не только в бою, но и вообще на передовой. Он не только погибнуть в бою - он даже утонуть не сможет. Такие, как он - не тонут...

Разговор за костром затих - к костру подошла Литаная и, раздвинув греющихся у костра офицеров, устроилась на коленях у Азира. Командир, молча пошарив под ногами, выудил из тощего вещевого мешка походную деревянную ложку и, обтерев её носовым платком, в который эта ложка и была завёрнута, протянул её девушке. Тихо поблагодарив возлюбленного, девушка сняла с булькающего на догорающих углях варева пробу и, удовлетворённо кивнув, начала аккуратно есть, не обращая внимания на сгрудившихся у костра мужчин.