Свободные отношения (СИ)

Я не стану вдаваться в подробности — просто поверь мне на слово.

— Не хочу.

Раздражённо фыркаю и прошу остановить у третьего подъезда.

Скориков глушит двигатель, выходит следом за мной из автомобиля. Это вовсе не мой дом и не мой подъезд. Я специально попросила остановиться на соседней улице, чтобы запутать следы.

— Когда мы увидимся снова? — спрашивает Паша, едва я начинаю искать ключи.

— Не знаю. У меня полно дел. Сколько я должна тебе за помаду и услуги такси? Могу скинуть на карту.

— Лучше прибавь несколько десятков квадратных метров к моим инвестициям.

— Нехило.

— Так когда?

Задерживаю дыхание, смотрю на Пашу. Последняя встреча. Натан сказал, что две или три вполне можно.

— В следующую пятницу. Пока.

Я подхожу к подъезду и долго копошусь у двери. Она, естественно, не поддаётся. Нервничаю, злюсь. Хоть бы кто вышел!

Скориков в свою очередь не торопится даже двигаться с места. Проходит две минуты, три, пять. Я отлипаю от двери и направляюсь на выход со двора.

— Что ты никак не уедешь? — спрашиваю Пашу. — Не здесь я живу. Не здесь.

Оказавшись дома, снимаю пальто и слышу шум телевизора в гостиной. Тихо ступаю по полу, прохожу по коридору.

Сердце сжимается и болезненно тянет, когда я вижу Натана, спящего на диване.

Подхожу к нему ближе, присаживаюсь на корточки. Легонько дую в лицо. Муж даже не думает просыпаться. Интересно, как давно он вернулся? Почему так рано?

— Нат… Давай переберёмся в спальню?

Трогаю его руки, сплетаю наши пальцы. Я не нарушила ни единого пункта договорённости и не сделала того, что бы вышло за рамки свободных отношений. Тогда почему так сильно хочется сказать ему: «Прости»?

Открываю шкаф, достаю оттуда тёплый мохнатый плед. Накрываю им мужа и иду в спальню. Долго смываю косметику, сидя на пуфе у трюмо. Затем принимаю душ и, переодевшись в пижаму, забираюсь в постель.

Я не сразу засыпаю. Ворочаюсь с боку на бок. Прокручиваю в голове ненужные эпизоды из прошлого. Не в силах отвлечься, я открываю телефон и лезу в блоги на которые подписана. У свингеров и полиаморов жизнь бьёт ключом. Вечеринки, веселье и секс.

Натан обмолвился, что ему достаточно двух лет, чтобы оторваться перед новым этапом. Сможем ли мы вернуться к моногамии после критических доз дофамина? С детьми и бытом? Не будет ли нам скучно? Не будет ли срывов?

В какой-то момент я просто-напросто выключаюсь. Сон беспокойный, жаркий. В нём много сплетённых тел и стонов. Под утро я просыпаюсь от того, что Натан возвращается в спальню. Он прижимается ко мне. Я чувствую, что его сердце громко-громко колотится в грудной клетке.

— Приснилось что-то страшное? — спрашиваю шёпотом.

Натан целует меня в висок.

— Да, подумал, что ты не пришла ночевать.

— Эй, спокойно. Я здесь. Просто ты уснул не там, где нужно.