Свободные отношения (СИ)

Белоснежный банный халат приоткрывает его крепкое тело и мне стоит огромных усилий перестать таращиться ниже шеи.

Мы приехали в СПА-отель полчаса назад. Взяли купальники, арендовали весь первый этаж. Заказали имбирный чай и искупались в бассейне без поцелуев и прикосновений, словно мы старые добрые друзья.

Впрочем, здесь можно было ни о чем не переживать и вести себя как душе угодно. За пределами города нас вряд ли застукает кто-то из знакомых. Гостиница новая и в ней почти нет людей. Но видимо не хотелось. Ни мне, ни Скорикову.

— С собой договориться вообще не проблема, — задумчиво отвечает Паша. — Проблема в ограниченности движений. Это нельзя, то нельзя. Я не хочу добавлять тебе сложностей, Влада, но бездействие меня убивает. Каждый день думаю о тебе. Утром, днём, вечером и ночью. Как подступиться, как позвонить и хотя бы услышать твой голос. Я впервые в такой ситуации, когда действительно не знаю, как себя вести с девушкой.

— Я бы сказала, что мне тебя жаль, но не стану.

— Ещё бы, — хмыкает Скориков. — Не подумай, что я жалуюсь.

Я ничего не отвечаю и спокойно наливаю в чашку горячий чай. Бросаю короткий взгляд на Пашу. Раньше он казался мне тупым и чудовищным. Много лет подряд. Удивительно, насколько поменялось восприятие за два месяца. Сейчас я рада его видеть, и он не отталкивает меня, а общение и вовсе вызывает интерес. Всё перевернулось с ног на голову с того самого первого раза, когда мы переспали. Наверное, это плохо. Лучше бы он и дальше меня раздражал.

— Не проще ли найти себе свободную девушку? — интересуюсь, сделав глоток чая.

— Наверное, проще. Но не хочется.

— Незакрытый гештальт затянулся. Тебе так не кажется?

Паша пожимает плечами и устремляет взгляд в мою сторону. По коже тут же рассыпаются мурашки, когда он долго и пронзительно меня рассматривает. Хорошо, что столь яркую реакцию скрывает халат.

— Может и так, — отвечает Скориков. — Знаешь, в универе Владислава Левицкая казалась мне жуткой выскочкой, но сейчас смотрю на тебя и понимаю, что ты не та, какой хочешь казаться.

— Я не была выскочкой, — тут же протестую, специально упуская остальные слова его речи.

— Была, была. Наверное, ты забыла, как смотрела на меня свысока, постоянно придиралась по мелочам и оскорбляла. Хотелось отшлёпать тебя по заднице за такое поведение. Бывало, зайдёшь на кухню, окинешь презрительным взглядом и строго прикажешь не шуметь. Но я делал наоборот, чтобы тебя зацепить.

— О как! Тогда напомню, каким был ты, Паша, — произношу с раскрасневшимися щеками. — Неуправляемым, дерзким, упрямым и глупым. Понятия не имею, что находили в тебе девушки, которых ты менял как перчатки.

— Хотелось узнать?

— Что? Нет, конечно!

Стоит разговору свернуть не туда, как в голову лезут воспоминания из прошлого.