Свободные отношения (СИ)

Как долго за нами наблюдали? Почему не спросили разрешения?"

"Не оборачиваясь, я слышу, как мужчина настойчиво предлагает Натану поменяться партнёршами.

— Мы сами, — качает головой муж, увидев мою реакцию.

— Здесь так не принято. Соглашаясь прийти на вечеринку — вы обязаны участвовать в процессе.

— С хера ли? — хмыкает Нат.

— Ты хочешь получить оплату? — удивляется мужчина. — Сколько стоит твоя девочка?

— Моя девочка не хочет принимать участие в свинг-вечеринке. Что неясного в моих словах?

Натан мягко просит меня встать с его колен. Внешне спокойный, но внутри него творится такая буря, что у меня волоски на коже встают дыбом. Я поправляю чулки и юбку.

Мужчины начинают разговаривать на повышенных тонах, а затем не справляются с эмоциями и принимаются махать кулаками. Маты, крики, кровь. Я в ужасе! В курилку тотчас прибегает охрана и выставляет нас крайними.

— Мы не виноваты! — произношу возмущённо. — Где справедливость?

Для дальнейших разбирательств нас ведут в специальную комнату, где просят показать карманы. Организаторы думают, что мы журналисты. Прячем камеры, а после вечеринки обязательно сольем в сеть фото или видео.

— Откройте ворота и мы просто уйдем, — настаивает Натан.

— Вам нужно подписать соглашение…

— Откройте ебучие ворота или я сам их снесу! — резко произносит муж.

Оказавшись на улице, мы с облегчением выдыхаем. Смеемся, ступаем по хрустящему под ногами снегу и держимся за руки. Мама бы сказала, что мы маемся дурью. В двадцать восемь лет вместо того, чтобы шататься по сомнительным вечеринкам, родили бы пару-тройку детишек и давно успокоились. Поэтому маме рассказывать нельзя. Никому нельзя.

— Эй! Стойте! — звучит за спиной голос охранника.

В темноте слышатся неспешные шаги, но вскоре мужчина ускоряется.

— Бежим! — обращаюсь к мужу и срываюсь с места.

Я мчу так быстро, что в лёгких заканчивается кислород. Натан догоняет меня и хватает за запястье. Разворачивает лицом к себе и целует в губы. Запыхавшиеся, безумные. Мы чуть не занялись сексом на свингерской вечеринке.

— Не хочу смотреть как тебя ебут, — признается Нат, прижимая меня к капоту автомобиля. — В других условиях делай то, что посчитаешь нужным, но свинг не для меня.

— А за миллионы? Сколько же стоит твоя девочка? Или она не продается?

— Она бесценна.

Мы улыбаемся, трогаем друг друга. Даже крепкий февральский мороз не остужает кипящее внутри возбуждение.

Когда находим наш автомобиль, то забираемся в салон и быстро выезжаем со злополучного места. Адреналин шпарит на максимум, ощущения и эмоции путаются в голове. Мы будем вспоминать об этом эпизоде не один день.

Ради интереса я захожу на сайт, где бронировала места на вечеринку и заново читаю условия. Нигде не сказано о формате.