Опекун (СИ)

 — Ты перестала вообще мне что-либо рассказывать! Спасибо Селене, что просветила нас с Эмили, — сокрушался Уильям. — Ну же малышка, расскажи мне всё, — переживания Уильяма только укрепили мои намерения открыться ему и рассказать обо всём с самого начала.

— А как же платье? — неуверенно спросила я.

— Да к чёрту его, это всего лишь предлог — снова выругался Уильям. — Я прошу тебя! Селена, чуть не довела меня до инфаркта, когда рассказала о твоих последних трех неделях существования! Кто вообще научил тебя врать? Ты же звонила мне и ничего не говорила, сказав, что ушла от него сама! — Уильям притянул меня в свои объятия. — Я готов всё выслушать. У нас есть ровно столько времени, сколько тебе будет необходимо. Я не смогу тебе помочь, не зная сути всей ситуации, — я смахивала слёзы с щёк.

— Я расскажу, — заикающимся от накопившихся рыданий голосом, произнесла я. И не только потому, что Уильям был очень убедительным, а просто он был единственным человеком, который всегда располагал меня к себе и своему общению доверительным отношением.

Не заметив, как комната снова погрузилась во мрак я, в конце концов, заснула.

Разговор с Уильямом был долгим и в какой-то степени утомительным. Мы лежали с ним в одной кровати и разговаривали по душам, отчего на сердце хоть немного, но полегчало. Я была благодарна ему за его настойчивый и упёртый характер. Ведь если бы не Уильям, я бы так и продолжала заниматься самобичеванием, а не искать выход из сложившейся ситуации…

22 глава

Марк

«Вся жизнь игра!» — не так ли? И эта фраза не была лишена смысла. Я до последнего отрицал невозможное, выискивая лазейки, чтобы сбросить с себя оковы Оливии. Но никаких вариантов не было. Генри провалился, как сквозь землю, а вместе с его исчезновением в жизнь ворвался ещё один, куда не менее расстраивающий факт — пропала Флоренс… Канула словно в небытие. Будто её и не было. Не удивлюсь, если и в этом тоже была замешана Оливия. Меня хоть что-либо окружало в этой жизни, к чему эта тварь не приложила бы своих рук? Ах да, Кейтлин. _ Моя чистая и нежная Кейтлин. _."

"— Официант, ещё виски! — из всех имевшихся вариантов я выбрал самый лёгкий и теперь сидел за барной стойкой клуба и заливал горе и несостоявшуюся личную жизнь алкоголем. Я подвёл свою маленькую девочку… Сделать ей больно — это последнее, чего бы я хотел, но у жизни, по-видимому, были свои планы на этот счёт и. видит Бог я причиню ей в скором времени её ничуть не меньше. По какой-то нелепой случайности моим неменяющимся воспоминанием стала ночь накануне отъезда: признание сонной Кейтлин душило и не давало никаких надежд, что мы снова будем вместе. Она любила меня… И, в отличие от меня, не боялась себе в этом признаться.