Опекун (СИ)

Его запах, по которому я так тосковала, окутал прозрачным шлейфом, лишая рассудка. От мысли, что вот он стоит передо мной, но больше мне не принадлежит, стало нестерпимо больно.

Картинки счастливых мгновений, как сменяющиеся кадры, стали мелькать перед глазами, словно яркие фотовспышки. Кейтлин, которая хотела петь от счастья, быть лучше, просто жить и наслаждаться жизнью, потихоньку начала умирать в этих руках, осознавая чудовищную правду. Марк пришёл попрощаться…

Я чувствовала это.

Я знала это.

Марк поставил меня на ноги и отошёл на один шаг назад, не отводя глаз от лица.

— Я… Мне нужно одеться, — быстро проговорила я и скрылась из виду, оставляя Марка одного стоять в ванной комнате. А ещё мне нужна была хоть малюсенькая передышка, чтобы собраться с силами и духом. Я всем своим нутром ощущала, что сейчас будет нелегко взять и отпустить любимого человека…

Когда я накинула на себя лёгкий шёлковый халатик, Марк стоял уже в дверях комнаты и не сводил с меня глаз. Впервые в жизни я не знала, как заговорить с ним. И нужно ли? Что я скажу ему? Я не знала…

— Кейтлин… — тихо начал Марк первым. — Мне так жаль, что я не смог… — его голос осекся, и он опустил голову, разрывая со мной зрительный контакт. И в это мгновение мне его стало жаль. Ведь по всему было очевидно, что это решение ему далось с огромным трудом. Пролёгшие круги под глазами и осунувшееся лицо…

Только сейчас я заметила тусклый и нездоровый оттенок его лица. От мысли, что он тоже страдал, не становилось легче, но, чёрт возьми, значит, я была ему не безразлична всё это время. Это, по крайней мере, грело душу, но не согревало… — Оливия, Генри они заодно, я не могу так рисковать тобой… — и кто из нас двоих был жертвой? Я? Он? Оба? Да, последний вариант больше походил на правду.

Манипулируя мной, Марка поймали в клетку. Банально? Но всё гениальное просто.

Я тоже никогда бы не посмела рисковать жизнью любимого человека. Оливия оказалась весьма расчётлива, она умело расставила сети, в которые мы с Марком попали. Неужели не было ни единого шанса быть вместе? Что, если мне было плевать на свою жизнь, если в ней не станет Марка? Я смотрела в его лицо, не в силах отвести глаз и сказать эти слова вслух. Подсознательно я чувствовала, что это последний раз, когда я вот так смотрела на него, находясь рядом…

— Мне всё равно, я… — слова комом стояли в горле. — Не уходи… — сдавленно произнесла я, унимая дрожь. Марк не сводил с меня глаз, но я не могла определить по ним, о чём он думал. Его взгляд был таким… цепляющим. Сейчас, в этот момент я думала только о том, что он уйдет… Уйдет навсегда и никогда не вернётся."

"— Я останусь твоим опекуном, пока тебе не исполнится двадцать один год.