Опекун (СИ)

Зелёные изумруды всё это время наблюдали за мной, прожигали насквозь, оставляя пепелище на месте бушующего пламени… Мне стоило больших усилий не отвести от его лица взгляда, когда я достигла пика наслаждения. Приятное тепло разлилось внутри меня, и глаза Марка наполнились искорками удовлетворения. Хотелось навсегда отложить в памяти выражение красивого лица.

Если бы не глаза Марка, не выпускающие меня из поля зрения, я бы расплакалась от такого накала чувств. Он снова подхватил меня на руки, словно я была пушинкой, и опустил в большую круглую ванну, присаживаясь рядом. Мы лежали в тёплой обволакивающей воде с пеной и, сцепив руки, молчали каждый о своём…

— Кейт… — услышала я сквозь сон и приоткрыла глаза. В комнате было темно. После расслабляющей ванны, мы переместились на ковер, как я и мечтала, и впоследствии на нём же и заснули. Потирая глаза, я повернулась к Марку.

— Ты почему не спишь? — спросила я сонным голосом.

— Ты никогда об этом не говорила, это правда? — я недоумённо смотрела в его лицо. стараясь припомнить, что же такого сказала, о чём не говорила ранее, и задумалась. Стоп. Мысли спросонья путались. Я же спала…

— Я опять разговаривала во сне?

— Угу, — промычал он.

— Напомнишь, о чём на этот раз я вела речи? — я смущённо улыбнулась.

— Ты винила себя в смерти родителей.

— Я и вправду так считаю, — сказала я и чаще заморгала, чтобы подступившие слёзы не посмели выкатиться из глаз. Это было чистой правдой.

В тот вечер, когда родители погибли. они вызвали такси, чтобы добраться до дома Фрименов, но машина не приехала. Папа позвонил и попросил их подбросить, он собирался в тот вечер выпить и потому не хотел пользоваться личным транспортом. Но я была слишком далеко от дома — в гостях у Реджины в совершенно другом конце города. Родители не захотели так долго ждать, и поехали на своей машине, договорившись, что я заберу их на обратной дороге. Они не доехали до дома друзей буквально нескольких километров, когда машину занесло. и она перевернулась на обочине. Прошло уже столько времени, а я до сих пор чувствовала вину, уже не в такой мере, как первоначально, но это чувство никуда не делось, лишь притупилось. Если бы я никуда не поехала в тот день, то благополучно их отвезла и забрала от Фрименов, и с ними ничего не случилось… но цепь случайностей повлекла за собой трагичную смерть родителей. Поэтому вину за их гибель я несла на своих плечах и по сей день.

— Я… была в тот день за чертой города, когда позвонил папа и попросил их подбросить до Фрименов… я не успевала приехать, и они решили поехать на своей машине, — объясняла я, и несколько предательских слезинок скатились по щеке.

— Кейт. — он поднял мой подбородок пальцами. — Ты не виновата, это просто стечение обстоятельств.