Кодекс Охотника. Книга XXI (СИ)

Там Пушкин списки составлял…

— Да ладно, — перебила меня Катя. — Если бы ты сказал, что хочешь, чтобы и я поехала, ты думаешь, что тебя кто-нибудь остановил?

Я не стал уже дальше фантазировать."

"— Думаю, не остановил.

— А почему ты тогда меня не берёшь?

Твою мать, как же с женщинами сложно! Мне дракона было легче завалить, чем общаться с моими любыми жёнушками. Вот что значит брачные узы и обязательства. Другую бы давно нахрен послал, и свалил бы в туман. А к этим же, даже если в туман или в Арктику свалишь, рано или поздно вернёшься.

— Не посчитал нужным, — наконец придумал ответ я.

— Э-э-э… — начала Катя.

— Всё, хорош! — нахмурился я. — Реально перебор. Не посчитал нужным — это достаточное обоснование для ответа.

— Ну, хорошо, — удивительно покладисто сказала Катя.

А я удивился и поднял глаза. Хорошо? А что так можно было? Никогда не поймёшь этих женщин, и что они от тебя хотят.

— А, кстати, раз уж мы заговорили об Арктике, а что я Хельгу не вижу? С ней всё в порядке?

Мои жёны как-то странно переглянулись друг с другом.

— Да всё в порядке, как раз подъезжает. Не может девочка без дела сидеть, — рассмеялась Катя. — Напросилась с Астаховым в Разлом.

За окном послышался рёв приземляющегося «Буревестника». Он сел на специальную свою площадку. Сейчас как раз наступила весна, но заботливую Анну достало то, что у нас здесь шлындают на лужайке, кто попало, и она меня уговорила сделать настоящую посадочную площадку из разломного гранита. Дирижабль туда, конечно, бы не припарковался, но вертолёты любого размера, ну и «Буревестники» с «Конунгом» вполне. Ну и самое главное — без угрозы для Аниных цветочков, которые она, собственными руками, уже везде здесь посадила.

Я взял большую кружку в руки и пошёл на улицу, дожёвывая блин. С тихим шипением открылась дверь «Буревестника», и оттуда на землю спрыгнул сначала Астахов, а за ним Ледяная Принцесса. Выглядели они забавно — все в какой-то, то ли слизи, то ли крови с ног до головы, при том, что доспехи их были как будто немного опалённые.

Хельга, увидев меня, задорно убрала спёкшиеся от непонятной субстанции волосы с глаз, что-то выплюнула, и широко улыбнулась. Мордашка у неё тоже была чумазая, но горящие ярким голубым цветом глаза выглядели потрясающе.

— Правда, хороша? — раздался сбоку возглас.

— А то!

Я повернулся, и увидел, что это две мои супруги, взявшись под ручку, с умилением смотрят на меня и на Хельгу.

— Э… я не понял, вы чего удумали?

— Да ничего, ничего, — захихикала Аня, и силой утащила Катю внутрь.

Странные существа эти женщины.

— Здарова, командир! — приветственно поднял руку Астахов.

— Привет, Гриша! Как сходили?

— Да как обычно, всё ровно, — мой командир разломщиков, как всегда, был немногословен.