В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

Он не перебивал Лонгботтома, и слушал очень внимательно, сравнивая его рассказ с историей Снейпа, а потом тяжело вздохнул и произнёс:

– Спасибо, конечно, но я знаю о пророчестве. Фигня это, на мой взгляд.

Гермиона согласно закивала, а Невилл издал какой-то странный звук, видимо, не в силах выразить своё изумление.

– Тебе профессор Дамблдор рассказал? – спросил Рональд, и Гарри едва не прыснул, до того обиженная физиономия сделалась у рыжего.

– Точно, – в голосе Лонгботтома послышалось тихое отчаяние. – Как же я сразу не подумал? Выходит, профессор сразу тебе всё рассказал. А я-то, дурак…

– Но Гарри, а почему ты тогда не рассказал о пророчестве нам? – возмутилась Гермиона.

Поттер молчал. До него внезапно дошло, что по-хорошему о настоящем пророчестве действительно должен был рассказать Дамблдор. «Даже не мне, а Дурслям, как моим ближайшим родственникам и опекунам. Но нет, добрый волшебник оставляет дурацкое письмо, из которого явно следует лишь то, что мои родители погибли плохой смертью».

– Гарри! – Гермиона даже ногой притопнула.

– А? Нет, не Дамблдор, – мотнул головой Поттер, очнувшийся от невесёлых дум.

– Профессор Дамблдор, Гарри, – укоризненно поправила его подруга.

– Прости, я задумался, – Поттер улыбнулся как можно невинней. – Профессор Дамблдор мне ничего подобного не рассказывал. Значит, он тоже считает это пророчество ерундой.

– Тьфу ты! – разочарование Уизли можно было перегонять в жидкость, разливать по фиалам и продавать для подавления несбыточных мечтаний. – Выходит, всё брехня?

– Не брехня, Рональд, а дезинформация, – невесело усмехнулся Гарри. – Вполне возможно, что Лорда выманивали именно на эту сказочку, да не успели засаду оставить.

– Но ведь бабушка… – потерянно пробормотал Лонгботтом. – Бабушка же уверена, что пророчество истинное!

– Тогда сбудется, – махнул рукой Гарри. – Пошли спать, а? Я дико устал, а завтра из-за недописанного эссе ваш декан прочтёт мне суровую нотацию и хорошо, если не влепит тролля.

– Погоди ты спать! – разволновался рыжий Рон. – Какое спать, когда такое дело? Кто же победит Того, Кого... – он подозрительно прищурился и ткнул в Гарри пальцем: – Ты его Лордом назвал!

– Ну, извини, – развёл руками Гарри. – На моём факультете Неназываемого зовут Тёмным лордом. Какая разница? Хоть Гриффиндор, хоть Слизерин, а по имени называть трусят.

– Какой он тебе повелитель? – возмутился Рональд. – Нашёл лорда! По имени мы его не называем, потому что противно произносить его поганое имя! Ясно тебе?

– Ясно, – Гарри сам порадовался своей покладистости. Надо же, что делают с людьми регулярные физические упражнения: ни злости, ни слёз, ничего, кроме всепоглощающего желания обнять подушку. – Был неправ.