В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

Но я не просил об этой славе! Я даже не знал о ней!

Дамблдор так опешил, что даже замешкался с ответом.

– Никто тебя не винит, Гарри, – наконец нашёлся он. – Действительно, твоих личных заслуг в исчезновении Волдеморта немного. С другой стороны, уже целое поколение детей воспитано на твоём подвиге. Думаю, будет неправильным их разочаровывать и вести себя, как избалованная певичка, как ты думаешь?

– Я не… – возмутился было Поттер, но Альбус, протестующе вскинув ладони, прервал его.

– Рональд и Невилл – хорошие ребята, – мягко сказал он. – Немного простодушные, как и все чистокровные маги, но они совершенно не заслужили того, что ты устроил им вчера. События тех дней – не их вина, Гарри. Уж не говорю о том, что я добрых три часа успокаивал Хагрида. Зелья на полувеликанов почти не действуют, и бедный Рубеус рыдал у меня в кабинете, как дитя. Я не настаиваю, поступай, как знаешь. Но мне кажется, они все заслужили твоих извинений.

– Я завтра собирался, – покраснев, промямлил Поттер и опустил глаза. – Честное слово, профессор Дамблдор.

– Вот и прекрасно, – улыбнулся Альбус. – Пей чай, а то остынет.

Выпроводив смущённого Поттера, Дамблдор наконец позволил себе нахмуриться и устало потереть лоб.

– Томми-Томми, – проворчал он. – Это, ясно, не твой сын, но вполне мог бы им быть. Головная боль, а не герой. Мордред, Августа теперь изойдётся на колкости и насмешки, старая калоша.

Стоило ещё поразмыслить, но Дамблдор уже практически был убеждён, что сын Джеймса Поттера безвозвратно потерян для геройской карьеры – чересчур умён, строптив и недоверчив.

Стоило смазливому мальчишке улыбнуться в колдокамеру, всем словно мозги повыносило. Тираж злополучного «Пророка» допечатывался трижды, альбомы с вырезками из него появились почти в каждой семье.

Мало того, Сметвик со своим докладом исхитрился поднять огромную волну в Министерстве и аврорате. Все более-менее заметные политические фигуры магической Британии внезапно озаботились горькой судьбой «символа победы», хотя ещё полгода назад мальчик не интересовал никого из них.

За последнюю неделю Дамблдор отправил в Министерство три отчёта о завидном здоровье и прекрасном настроении Гарри Поттера – Фадж почуял, к чьей славе стоит примазаться для поправки дел на политической арене.

Ещё Альбус имел два пренеприятнейших разговора по каминной связи – со Скримджером и Боунс. После войны с каждым из них у Дамблдора и без того были весьма натянутые отношения, теперь же оба правоохранителя едва огнём не дышали. Руфус пригрозил поднять историю с троллем, а Амелия вознамерилась провести независимую инспекцию.