В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

В холле его уже встречали обеспокоенный Малфой, злющий Ургхарт и мрачный Снейп. Гарри, не дожидаясь упрёков, объяснил, что ходил к Хагриду, что от этих визитов никак не отвертеться, а если кому-то что-то не нравится, то он ничем не может помочь.

Декан молча кивнул и унёсся в сторону Большого зала, а Ургхарт, на манер Флинта, ухватил Гарри за шкирку и поволок в подземелья. Малфой, скроив высокомерную рожу, вышагивал следом, Хорёк.

Драко пытался его разговорить, но Поттер, боясь сболтнуть лишнего, удрал в «дамскую гостиную» под защиту своих гувернанток. Девочки были заняты рукоделием, они спешно доделывали рождественские подарки родным.

Гарри вспомнил о мамином пироге и любовно упакованных подарках с «секретиками» под ёлкой и окончательно расстроился. Он рассеянно помогал разбирать лоскутки и сматывать пряжу, а сам вспоминал прошлое Рождество. Мама, восторженно охая, примеряла новую шляпку, Дадли в пижаме и боксёрских перчатках хохотал, глядя, как Гарри нетерпеливо обрывает блестящую бумагу с очередного медицинского справочника, а папа сидел в кресле и лукаво поглядывал на своё семейство поверх неизменной газеты.

На глаза наворачивались слёзы, Гарри был не рад предстоящим каникулам. Много ли счастья сидеть в пустой гостиной и тосковать по дому?

Девочки оживлённо щебетали о разных пустяках, и Поттер, сморгнув предательскую влагу, решил не киснуть, а использовать время с пользой. «Только истинный слизеринец сочтёт сплетни полезным времяпрепровождением», – почти весело подумал Гарри и вежливо спросил:

– Милые дамы, а вы не расскажете мне об этих неожиданных помолвках? Теодор ходит понурый, а я даже поддеть его толком не могу, потому что пропустил всё самое интересное.

Дамы хором взвизгнули и наперебой принялись посвящать недотёпу Поттера в подробности скандальных сговоров.

С Ноттом и Паркинсон всё было более или менее понятно. Версии Теодора и Роберты Уилкис не особо разнились между собой. Единственно, Роберта упомянула чрезвычайно стеснённые денежные обстоятельства Ноттов и Ковена, а отец Панси Паркинсон, по слухам, был баснословно богат. Кто-то из девочек уверял даже, что Паркинсоны уже давным-давно богаче Малфоев. «Да и как иначе, – тихо шепнула красавица Анна Рейнолс, – ведь Паркинсон был казначеем самого Лорда. Недаром Панси так заносится».

Гарри в ответ задумчиво покивал. Теперь «конкурс женихов» стал понятен – кого бы ни выбрала заносчивая Паркинсон, приданое уйдёт члену Ковена. Батюшка-романтик знал, что делал.

Помолвка же Пьюси и Булстроуд была весьма скорой и чрезвычайно загадочной. Ценность полоумного Пьюси, как жениха, была невелика. Гарри предположил, что из-за сиротства и бедности, усугубляемых агрессивностью и неспособностью здраво оценивать свои поступки.