В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

Нотт задумчиво кивал и вспоминал отцовские рассказы о Первой магической – именно тогда боевые маги поняли, что грядут новые страшные времена. Разница между магом и вооружённым маглом напрочь исчезла. За Барьером, слава Салазару, порох не взрывался, зато сам Барьер легко разрушался при массированной бомбёжке – колоссальная энергия взрывов как-то нарушала его целостность. Пойди маглы на принцип – магическому Лондону не уцелеть. Именно поэтому старые семейства стали держать в тайне точное местонахождение своих жилищ – трудно попасть в то, о чём не знаешь.

– Я иногда думаю, – бормотал Люциус и нервно тёр виски, – что Дамблдор хочет остаться единственным в мире магом – единственным бессмертным магом. Что весёлого я сказал? Детей он даже не пытался завести и постоянно интересовался победой над Смертью – то Фламмель с философским камнем, то Гриндевальд с Дарами, то Лорд с его доморощенной некромантией. Везде засветился, тля бородатая.

Леди Малфой успокаивающе гладила мужа, зарываясь пальцами в растрёпанную косу, а Люциус ловил её руку губами и шептал:

– Спасибо, милая, спасибо тебе…

И Нотт опять ничего не понимал – какой может быть Снейп? Чего не хватает этому Малфою? Умная, красивая, сильная и добрая женщина, влюблённая в белобрысого засранца – где Люциус найдёт ещё одну такую?

Будто услышав его мысли, Нарцисса сказала:

– О Северусе тебе тоже стоит рассказать, Люци. Наши дети на его попечении, мы должны знать, что у вас происходит. Письма Драко беспокоят меня.

Малфой вздохнул, обхватил колени руками и опустил глаза:

– Мы поссорились. Ещё летом. Примирения я не искал.

– А будешь? – спросил Нотт. – Он того стоит, Люций?

– Не знаю. Я не уверен в себе.

– Зато честно, – Нотт хмыкнул. – Розог бы тебе для вразумления.

– Не поможет, – мотнул головой Люций и усмехнулся. – Батюшка отступился, а уж он был весьма упрям. Север и не знает, сколько я из-за него претерпел.

– А почему не знает? – спросил Нотт хмуро.

– Ну, – Люциус пожал плечами, – он многого не знает. Хуже всего то, что я никогда не знал, можно ли ему доверять.

– Чудесно, – процедил Нотт. – Как по мне, любовь – это доверие. У меня не было секретов от любимой, да и как может быть иначе? Кому ещё верить? Блажь это у тебя, Люц. Блажь и дурость, уж прости за прямоту.

Люциус обиженно поджал губы:

– Тебе легко говорить, у тебя всё было взаимно.

– И у тебя всё было бы взаимно, не реши ты, что этот змей подколодный не достоин твоего доверия. Ты ему не веришь, он тебе не верит – мне его теперь даже жаль слегка. И мотаете миледи нервы, поганцы, каждый в своей манере. Прошу прощения, леди Малфой, если лишнее болтаю."

"– Отчего же, – слабо улыбнулась Нарцисса. – Доверие между союзниками тоже очень важно. Люци, прошу тебя, сделай что-нибудь.