В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

Кинул бы на штаны пяток очищающих и хвастался, мол, и лоб у тебя особый, и мысли во лбу героические. И это правильно – от нормальных магов Авада не отскакивает. Значит, есть в Поттере что-то такое, чего нет больше ни у кого. Я бы не нарывался.

Гарри тихо засмеялся. Боул был одним из немногих, кто никогда не травил Гарри. Смешливый крепыш, так выручивший Гарри на платформе девять и три четверти, оказывается, был сыном одного из Упивающихся смертью, но Гарри он нравился – надёжный и не подлый парень.

К тому же, пол-Слизерина так или иначе имело отношение к Тому Самому Экстремисту. Даже у Роберты Уилкис родной дядя был УПСом и погиб в конце войны. Это ему рассказала сама Роберта: «Чтобы не было недоразумений, Поттер. Ну, как, ты ещё намерен со мной общаться?»

Гарри, чтобы не свихнуться в изоляции на собственном факультете, уже был готов общаться не только с племянницей давным-давно умершего упиванца, но и с живым и здоровым Тёмным лордом. Так что, нет, недоразумений не было.

Он даже, переборов неожиданную паранойю, поговорил с Малфоем. И не прогадал. Драко смерил его очень задумчивым взглядом, помолчал секунд десять и предложил совместную подготовку к домашним заданиям. Гарри мысленно заехал Малфою в челюсть, мстя за недавний испуг, а вслух поблагодарил и согласился. Всё-таки Малфой лучший ученик курса, сильный тёмный маг и друг Милли Булстроуд, которой из дому шлют потрясающую выпечку. А что? Гарри не только герой, но и живой человек."

"Правда, факт сотрудничества с Малфоем пришёлся не по нраву его гриффиндорским знакомцам. Малфоя они дружно ненавидели и, надо признаться, исключительно стараниями Драко. Гермиона не могла простить ему насмешек над маглорождёнными вообще и над собой в частности, а Лонгботтом – историю с напоминалкой и сломанной рукой.

Уизли же Малфоя просто на дух не выносили, все четверо. Им даже повода не надо было, чтобы сцепиться с Драко. Рональд постоянно надоедал Гарри, убеждая присоединиться к «охоте на Хорька». Поттер некоторое время терпел, а потом наорал на Уизли и прилюдно заявил, что ему одинаково противны и хорьки, и ласки. Рон притих, но Гарри понимал, что это ненадолго.

Эта ссора, кстати, имела весьма неожиданный итог – теперь Малфоя звали Хорьком даже слизеринцы, видать, было за что.

– Ты спятил, Боул, – прошипел меж тем Монтегю. – Авада ни от кого не отскакивает, и все нормальные маги это знают.

– Согласен, – хмыкнул Боул. – Будем считать, что Авадой по незнанию назвали одно из многочисленных смертных заклятий, на которые был так горазд наш покойный Лорд. Результат тот же: не должно было отскочить, но отскочило. Я бы задумался, но ты, Монтегю, для этого чересчур упёртый.

Гарри внезапно передумал прятаться в пустом классе.