В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

Педантизм и самодисциплина Поттера восхищали Драко, сам он категорически не был способен ни к тому, ни к другому.

Малфою почти всё досталось от природы – блестящая память, острый ум, огромный магический потенциал и, чтобы не было скучно, авантюрный склад характера. Он не смог бы зубрить учебники по дисциплинам, не дающимся ему в принципе, как это делал Поттер. Кровная магия не в счёт. Там Драко не блистал, но вполне мог при необходимости сделать пару ритуалов на чистой силе, сошло бы на худой конец. Малфой подумал, что Поттеру с его страстью к систематизации эти дурацкие таблицы совместимости крови были бы на один зуб. Подсунуть что ли, ради смеха?

На уроках Драко едва удерживался от аплодисментов зануде Поттеру. Пару недель герой Британии безропотно выслушивал от Макгонагалл или от крёстного гадости в свой адрес, а потом начал задавать вопросы. Вопросы задавались исключительно по предмету, но такие, что могли бы держать в тонусе и сотрудника Отдела тайн.

Однажды Макгонагалл не смогла ответить, что происходит с массой предмета при трансфигурации и, сердясь на Поттера, влепила ему тролля. Поттер удовлетворённо кивнул и сказал:

– Благодарю вас, профессор Макгонагалл, я понял. Хогвартс – это что-то вроде ремесленного цеха. Нам объясняют «как», но не объясняют «почему».

Со Слизерина немедленно слетело двадцать баллов, домашнее эссе удлинилось вдвое, Нотт скрежетал зубами, грифферы злобно шипели на бывшего кумира, а Малфой прикусил изнутри обе щёки, нечеловеческим усилием удерживая смех. Маккошка села в лужу, плотно и основательно: в её квалификации усомнился первокурсник, да ни какой-нибудь, а знаменитый Гарри Поттер.

Вечером взбешённый Снейп отволок Поттера на беседу с Дамблдором. Герой вернулся через час – грустный, зарёванный, но непобеждённый.

На следующий день самоубийца Поттер положил на стол Снейпа свою таблицу с классификацией зелий по свойствам и попросил её проверить. Снейп поморщился, не глядя смахнул пергамент в ящик стола и велел Поттеру заниматься заданным зельем, а не воображать себя главой Гильдии зельеваров.

Поттер опять кивнул и принялся варить зелье, попутно спасая своего напарника Лонгботтома от ожогов и отравления парами. Зелье не вышло, но Драко почему-то был уверен, что Поттер запорол его нарочно. Что-то он пробовал своё, этот самоучка-экспериментатор, но Драко даже приблизительно не смог предположить, что именно.

После урока Драко вернулся в пустой кабинет, не задумываясь, шарахнул по запертому ящику стола одной фамильной дрянью, и забрал таблицу. Идея была стоящая, они с Миллисентой вполне могли проверить работу сами. Если уломать Поттера ещё на пару десятков таких таблиц, то зельеварение перестанет быть проблемой даже для Флинта.