В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

– Если ты, падла носатая, даже просто плохо подумаешь о моём муже или, не приведи Салазар, сыне… Помни, я рядом. Тебе в Хоге вроде как неженка Сириус докучал? Так вот, теперь за тобой приглядывает настоящий Блэк. Вник?! Свободен!

Северус попытался что-то возразить, но от Нарциссы полыхнуло тёмным пламенем жуткой магии, древней, как сама Земля, и Снейп испугался по-настоящему.

Он внезапно понял, что все его мысли о трагической кончине на могиле любимой были красивыми мечтами наивного юноши, несчастного в своей первой влюблённости, а настоящая Смерть именно такая.

Страшная.

Неотвратимая.

Ей всё равно, когда ты придёшь.

Рано или поздно, приходят все.

Следующие десять лет Снейп старательного избегал «настоящего Блэка» Нарциссу и старался порвать с её мужем так, чтобы виноватым оказался именно Люциус. Снейп перепробовал всё – обвинения, скандалы, тяжёлое молчание и, спаси Мерлин, даже истерики. Никчёмный красавчик стоял как скала. Он прощал своему любовнику всё и в любых количествах. Измученный Северус иногда подозревал, что Люциус поспорил с Нарциссой на что-нибудь очень редкое и дорогое и теперь издевается над ним.

Две недели молчания, с одной стороны, давали надежду на прекращение опостылевшей связи без последствий в виде «настоящего Блэка» наперевес с ритуальным ножом. С другой стороны, Люций мог попасть в беду. После смерти Абраксаса дела Малфоев стремительно катились под гору, Люциус совершенно ничего не смыслил ни в коммерции, ни в дипломатии. Он вообще ни в чём, кроме секса, не смыслил, его невыносимый Люц.

Северус мечтательно улыбнулся, а потом нахмурился. Хватит думать членом, пора включать мозги.

Через пару дней Хогвартс-экспресс привезёт некоему профессору зельеварения головную боль на ближайшие пять-семь лет.

Гарри Поттер.

Сын ублюдка Джеймса Поттера. Сын любимой женщины. Надежда волшебного мира. Герой магической Британии. Истинный гриффиндорец, воспитанный чокнутой сестрицей Лили в ненависти к магам и магии.

Снейп до сих пор не знал, как к нему относиться.

Собственный горький опыт нежеланного и нелюбимого ребёнка подсказывал, что мальчик будет рад любому знаку внимания, но непоколебимая уверенность Дамблдора в несомненном сходстве отца и сына Поттеров приводила Снейпа в неистовство.

В этот момент в окно постучала белоснежная сова. Эта холёная красавица могла прилететь только из Малфой-мэнора. То, что Снейп её не помнил, ничего не значило, сов у Малфоев было много.

– Да что же это такое! – прошипел Снейп. – А я-то успел обрадоваться. Давай сюда письмо, как тебя там…

Сова ухнула, а старый нечищеный камин полыхнул зелёным пламенем, и показалась голова Альбуса. Директор был озабочен, а оттого не слишком любезен:

– Северус, ты нужен мне срочно. Это касается Гарри.

Снейп выругался.