Невестка слепого барона (СИ)

Я совершенно точно видела, что это он толкнул барона, однако ответил граф так:

— Я прощаю вас, господин…

— Конрад фон Брандт – представился свекор.

— Я прощаю вас, Конрад фон Брандт, – спокойно повторил граф, продолжая разглядывать меня.

Надо сказать, что под его взглядом я чувствовала себя весьма неловко, однако пыхтящая рядом Розалинда довольно незаметно толкнула меня в бок и тихо прошипела:

— Поклонись…

Скосив глаза на свекровь, я заметила, что она кланяется так же, как барон, слегка согнувшись в поясе, и молча повторила ее движение. «Слава Богу, что здесь хоть реверансов не делают! А то бы я точно опозорилась.».

Решив, что инцидент исчерпан, я тронула барона за локоть, желая, наконец, довести его и Розалинду до свободного места. Я даже успела сделать шаг, когда меня остановил голос графа фон Ваермана:

— Я не отпускал вас, юная госпожа.

От удивления я застыла на месте, совершенно не представляя, что нужно делать дальше. Поскольку граф был центральной фигурой этой вечеринки, и с него весь вечер не сводили глаз гости, то уже сейчас в нашу сторону было обращено множество любопытствующих взглядов. Даже гул голосов в зале стих. Только жалобно взвизгнул в углу какой-то музыкальный инструмент: похоже, его просто уронили.

В воздухе отчетливо повисло напряжение, и я слегка напряглась: «Зачем он пытается раздуть из этой мелочи целую историю?! Неужели мой ответ слишком уж оскорбителен?! Черт, я же ляпнула совершенно машинально…». Граф же между тем продолжал:

— Я требую виру, барон фон Брандт!

Теперь уже ахнула Розалинда, точно так же, как и жена бургомистра, прижав ладонь к груди. Свекор стоял перед этим верзилой, гордо вздернув голову и молча ожидая его решения. Я окончательно перетрусила: «Неужели он действительно оштрафует баронство?! У нас и так запасов не слишком много. Он что, серьезно потребует сейчас отдать ему поросенка или половину картошки?!»

— Я требую в качестве штрафа танец с юной баронеттой, – оповестил людей граф.

Госпожа Розалинда ощутимо выдохнула, да и свекор стал менее напряженным, а все вокруг любезно улыбались и кто-то за спиной графа произнес:

— Какая восхитительная шутка, господа! Какой тонкий юмор! Пожалуй, и в королевском дворце эта история имела бы успех!

Не знаю, кто первым стал аплодировать, но это точно был мужчина. Женщины смотрели на меня не слишком одобрительно, а многие и улыбались явно через силу. Юные же девицы и вовсе не сочли нужным аплодировать: им явно не понравилось то, что граф выбрал себе партнершу сам, а не предложил следующий танец, второй по статусу после жены бургомистра даме в этом зале.

Граф смотрел на меня абсолютно серьезно, без намека на улыбку. И поскольку я молчала, все взгляды обратились ко мне.