Немоногамия (СИ)

Титов раскатывает презерватив по всей длине, выжидающе смотрит.

Мне вдруг становится интересно: с девушкой Вовы мужчины проделывали то же самое? По похожему сценарию? У них существовали правила или ограничения? Табу? Марине понравилось?

Я оказываюсь ближе, перекидываю ногу через бедро Титова и упираюсь ладонями в его грудь. В ушах звенит, гудит и бахает. Грудная клетка часто и рвано вздёргивается. Я теряюсь от множества накативших ощущений и не могу сконцентрироваться на одном.

— Сама, — предлагает Вова.

Отрицательно мотнув головой, чувствую как сильные ладони обхватывают мои бёдра и резко тянут вниз, насаживая на член до упора.

Я вскрикиваю, мечу в Титова злобные взгляды. Знаю, что он может и умеет нежнее, но, судя по всему, слишком долго ждал этой близости, поэтому и предлагал сесть на него самостоятельно. Дай ему волю, он бы брал меня резче, быстрее и дольше. Точно не ограничившись одним разом.

Вова сдавлено стонет и, придерживая меня за талию, толкается снова. Чаще, глубже. Его член скользит во мне без остановки. Влажный, тяжёлый и напряженный. До лёгкой будоражащей боли от которой в низ живота ударяет жаркий коктейль из похоти и развязности.

Когда я чувствую движение за спиной, то блаженно прикрываю глаза. Стоит Яну оказаться рядом, как калейдоскоп ощущений показывает новую прекрасную картинку.

Муж гладит мою грудь, сминает в ладони. Осторожно снимает с меня рубашку. Упираясь членом в спину, оттягивает соски и слегка прокручивает их подушечками пальцев.

— Так хорошо? – спрашивает он.

Одновременно со стоном удовольствия, шепчу уверенное: «Да». Оборачиваюсь, пытаюсь поймать взгляд мужа и его губы. Чувствую хаотичные поцелуи на виске и щеках. Впиваюсь пальцами в грудь Титова. От происходящего запросто можно рехнуться, сойти с ума. Двое мужчин и я. В одной постели. Боже. Это дико, грязно и безумно порочно, но раз смогла Марина, то смогу и я.

Движения Вовы становятся чуть более плавными и ритмичными. Он сжимает мою талию и легко подбрасывает вверх бёдрами.

Ян целует лопатки и ключицы, прижимая меня к себе и ощутимо дрожа от нетерпения. Анальным сексом мы занимались тысячу и один раз. Первые годы брака я категорически отказывала ему в этом, но в один момент доверилась и даже сумела поймать особый кайф.

Я слышу как Каминский открывает крышечку смазки и тут же зажмуриваюсь. Губы пересыхают, сердце ударяется между рёбер. То, что мы делали вдвоем в семейной постели – не одно и то же с тем, что произойдёт прямо сейчас.

Муж поглаживает пальцами мой анус, надавливает и проникает внутрь. Что-то шепотом произносит, успокаивает и пытается подготовить. Его слова перебивает шум работающего телевизора, который включился спустя десять минут чётко по таймеру.