Наследница (СИ)

— Были дела, — Саша отправилась за ширму, прежде чем он успел заметить, что дел, важней ребенка у нее быть не может. Это правда — не может, но не станет же она рассказывать ему о том, что элементарно боялась приходить, а потому и оттягивала. А вдруг, с ребенком уже что-то не так? Вдруг, она уже успела ему навредить?

— Готовы?

— Да, — устроившись на кушетке, рядом с аппаратом УЗИ, Саша сглотнула, пытаясь успокоить мчащееся с ужасной скоростью сердце. «Боже, пусть все будет хорошо, пусть с ребенком все будет хорошо».

— Сейчас будет холодно, — холодно не было, гель, нагретый в руках, волновал ее сейчас меньше всего.

Врач поднес аппарат к коже, несильно надавил, начиная свое исследование. Монитор был развернут от девушки, и видеть, что отображается на экране, она не могла, а вот выражение лица доктора ей не нравилось совершенно. Он был так сосредоточен, насуплен, двигал рукой, а потом вдруг резко останавливался, надавливая чуть сильней, и хмурил брови. Каждый раз, когда он делал так, Саше хотелось крикнуть «Что? Что с ним?», а сердце предательски пропускало удар. Это длилось бесконечно долго. Он прошелся по смазанной гелем поверхности живота трижды вдоль и поперек, прежде чем обратить внимание на ее испуганное выражение лица.

— Ну что, Саша… — сложно сравнить с чем-то ее ожидание в эти секунды. Это как игра на самый крупный джекпот для заядлого лотерейного игрока. Он ждал этих пяти минут всю жизнь, и вот у него уже совпали все пять цифр, осталась одна, барабан крутится, безжалостная рука достает один из шариков, но прежде, чем показать его во весь экран, придерживает, лукаво улыбаясь. И ты не можешь шевельнуться, ожидая, какую шутку сыграет с тобой судьба. — Плод развивается нормально.

Девушка не смогла сдержать вздох облегчения.

— Хорошо? — на глаза выступили непрошенные слезы. — Правда, хорошо?

— Да, — монитор развернули так, что она сама смогла увидеть нечеткое изображение на нем. — Вот ручки, — доктор указал в еле заметные белые полосы, — Вот ножки, — взгляд натолкнулся на еще менее различимые абрисы, — Всего по две, — доктор улыбнулся, явно довольный своей шуткой.

А Саша не была способна на нее даже среагировать — как завороженная смотрела на экран и не верила, что это правда. Что это ее ребенок, что так выглядит ее ребенок, что у него две ручки, две ножки, и необычайно большая головка, а еще, что у него бьется сердечко. — Слышите? — врач снова чуть надавил, сердцебиение стало отчетливо слышно.

— Да… Так быстро, — сердце билось в разы быстрее, чем ее собственное."

"— Он чувствует, что мама волнуется, вот и сам начинает волноваться, — отняв аппарат он тела пациентки, мужчина достал салфетку, жестом позволяя стереть гель.