Личная награда Альфы (СИ)

 — Стивен больше оборотень, чем я! И Алексис, если в ней есть что-то от оборотней, наследовала это от моего мужа, а не от меня.

— Как ты понимаешь, мне совсем не выгодно так думать, — дурашливо покачал головой Альфа Рамзи. — Помнится, пару лет назад у нас в замке собирали Совет по поводу принадлежности матери и её ребенка… И я приложил все усилия, чтобы ребенок остался в стае матери.

Артис и Виктор, переглянувшись, громко хмыкнули, но Альфа Рамзи не обратил на это никакого внимания.

— Так что я, можно сказать, последовательный феминист.

И этот рыжий «феминист» вдруг громко заржал.

— Я прям чувствую, что мы должны сегодня открыть бутылочку какого-нибудь замечательного вина.

— Замечательно французского вина, — уточнил Виктор.

— Да любого, главное, чтобы замечательного, — пожал плечами Рамзи. — Артис сегодня угощает.

Поскольку все взгляды обратились в сторону моего Викинга, я тоже изловчилась, чтобы посмотреть на его лицо… которое сейчас напоминало лицо древнего война, только что покорившего неприступную крепость и всех его жителей.

Торжество, властность, удовлетворение… я сглотнула и даже попыталась немного освободиться из его железных объятий — меня пугал этот новый, непонятный Викинг.

— Что с тобой? — спросила я, прищурившись. — Почему ты … угощаешь?

— О, какая домовитая девчонка, а? — рассмеялся Рамзи, подмигнув Артису. — Хоть и не моя полукровочка, но все же воспитанная на наших традициях.

Пропустив шутку рыжего Рамзи мимо ушей, я во все глаза смотрела на торжествующего Викинга.

— Артис, что случилось?

— Алек не считает тебя частью его стаи, — улыбнулся Артис.

Я слышала как будто откуда-то издалека протяжные, полные негодования, крики мамы; спокойную беседу Рамзи и Виктора об уровне безопасности в исследовательских центрах… о каких-то тенях и воинах; кто-то из слуг сообщил, что цепочка (видимо, мамина) убрана на сохранение, а затем дворецкий объявил, что обед подан и уже Рамзи ещё раз пригласил всех в столовую.

А я всё так и стояла, застыв на месте с задранной головой вверх."

"— Это что-то значит? — спросила я, оглушенная каким-то непонятным чувством странного торжества, которым был объят Артис.

— Это означает, что Алек больше не считает себя связанным словом, данным твоему отцу.

Глава 17

Иногда мы реагируем на события совсем не так, как от нас этого ожидают. И не так, как ожидаем от себя мы сами…

Однажды я делала фотографии к репортажу о терактах в Лондоне. Пока журналист общался с выжившими свидетелями тех событий, я делала их фотопортреты и попутно слушала… Мне запомнилась одна женщина, которая, будучи раненой, каким-то образом выбралась из поврежденного поезда и потом почти полдня занималась рутинными делами, не понимая, почему все на неё таращатся.