Пожарный СССР. Начало (СИ)

— Прибыл домой на заслуженный отдых! Вот, только что с поезда.

— Ой, два года уже прошло… Так быстро. Ну и как там? — она неопределенно махнула рукой. Быть может, она Афганистан имела в виду. — Нормально? Научили тебя чему-нибудь полезному?

— Страна может спать спокойно!

— Понятно, — несколько растерянно произнесла она, все еще глядя на меня с подозрением. Что-то тут было не так. — А ключи я сохранила, все как полагается. Только порядок таи никто не наводил, уж извини. Что, устал с дороги?

— Есть немного. Мне бы домой поскорее попасть.

— Идем."

"Зашли к ней в подсобку. Осмотревшись, на двери я случайно увидел заполненный от руки график дежурств. Там было только три фамилии, они чередовались одна за другой посуточно. Если судить по нему, то сегодня дежурила некая Филимонова Мария Степановна.

— Теть Маш… — неуверенно начал я, сдерживая рвущиеся наружу эмоции. — Тут такое дело… У меня под самый конец службы, беда случилась. В общем, память частично потерял. Не все помню. Вы не пугайтесь, если я чудить буду, хорошо?

— Теть Маш? — запнувшись, переспросила она, посмотрев на меня странным взглядом. — Артем, ты же никогда меня так не называл! Вечно, то старуха, то тетка…

— Научили вежливости и уважению к старшим… Да и вообще, мозги вправили! — нашелся с ответом я.

Та-ак, видимо реципиент был еще тем фруктом. Ну, выходцы из детского дома иногда бывают жестоки и агрессивны, либо замкнуты и необщительны. Но чаще обижены на весь мир, что их детство было не таким как у других детей. Отсюда и проблемы с коммуникацией и адаптацией в обществе.

Ну, с именем я угадал — реакция была нормальной. А вот новость про амнезию была для нее неожиданной, но еще более неожиданной, только уже для меня, стала ее реакция.

Она улыбнулась.

— Хорошо, что научили. Как ты сказал, амнезия? — пробормотала она. — И что, совсем ничего не помнишь?

— Что до армии было, так, отдельными кусками.

— Понятно, — женщина как-то замялась. — Ладно, вот тебе ключ. Номер комнаты хоть помнишь?

Номер комнаты? Почему комнаты? А как же квартира?

Я отрицательно покачал головой. Женщина усмехнулась краем рта, но я все равно заметил. Черт, кажется, мой реципиент и в самом деле был не самым приятным человеком, имел тут соответствующую репутацию. Что бы я там не натворил, непросто будет изменить к себе отношение. Им-то невдомек, что человек, который тут жил ранее и уходил в армию и тот, который вернулся оттуда — разные люди.

— Третий этаж, комната тридцать два.

Поблагодарив, отправился наверх по единственной лестнице. Само собой, ни о каком лифте не было и речи — всего-то четыре этажа, пятый как технический. Обратил внимание, что на стене висит надпись «Общежитие № 26».

Так, стоп! Это что, общежитие?

Я судорожно выдохнул, остановившись на месте.