Злата мужьями богата (СИ)

И тут ее осенило: у совы, помимо клюва и когтей, есть еще и крылья! Тоже, между прочим, оружие. Иногда. Златка спешно повернулась бочком к приближающемуся рыжику.

— Пусти меня, Лучик, — проворковал тот, подступив к ней вплотную.

«Ага, щаззз!» — злобно фыркнула птичка-Злата и резко расправила, подняла вверх крыло. Его длины как раз хватило, чтобы перья хлестким шлепком приложились к оголенному мужскому достоинству.

— А-у-о-о-ой! — взвыл бедный оборотень. — За что, Злата?!

— Не «за что», а «зачем»! — прозрел, наконец, Даг. — Не можем же мы встречать почтенных наставников нашей жены в таком виде!

Мужчины глянули на свои килты и… покраснели. Дружно! Все трое!

«Мужчины — во всех мирах мужчины, — проворчала мысленно Златка. — Придумают сотни неверных объяснений женскому поведению, пока не ткнешь их клювом в очевидное!»

— Эх, нескоро теперь можно будет посидеть вот так, по-домашнему, тесным кругом и в традиционном наряде счастливых мужей, — вздохнул Сандгрон.

— Да, нескоро. — Откликнулся Дагрон. — Так! Все поднимаемся в свои комнаты, переодеваемся. Я сниму заклинание с калитки и входных дверей и прикажу дворецкому проводить наставников Златы в гостиную. Лучик, ты поднимешься со мной?

Эльф склонился, подставил сипухе локоть. Она моргнула пару раз и вспорхнула на предложенный насест…

Отперев магические замки и поручив бессменному лакею, который каким-то удивительным образом успел привести себя в порядок, встретить и устроить гостей, Дагрон со Златой поднялся по лестнице и прошел в свою спальню. Там он позволил совени перебраться на спинку своей кровати и улегся, откинувшись плечами на подушки, прислоненные к противоположной спинке.

— А знаешь, Лучик, о чем я думаю и мечтаю сегодня весь день? — обратился он к притихшей птице.

По открывшимся нараспашку круглым глазам сипухи Даг понял, что сумел заинтересовать девушку.

— Я думаю о том, — продолжил он свой рассказ, — что так и не поблагодарил тебя за ночь, которую мы провели вместе. А мечтаю о том, чтобы эта ночь повторилась как можно скорее.

Девушке было ужасно приятно выслушивать такие признания! Она немножко повозилась, пристраиваясь поудобнее, и вновь воззрилась на полулежащего перед ней мужчину, который пока и не думал переодеваться.

— Мне даже не нужно закрывать глаза, Злата, чтобы вновь увидеть в памяти твое совершенное в своей женственности тело. Не нужно напрягать воображение, чтобы представить, как касаюсь я губами твоих хрупких плеч. Провожу пальцами по нежной коже, ласкаю языком твои сладчайшие грудки, покусываю соски, заставляя их вытягиваться и становиться твердыми, словно едва начавшие розоветь вишенки…

Голос Дагрона, вначале ровный и спокойный, становился все более хриплым и прерывистым.