Монастырь (СИ)

Если после такого умирают, то, наверное, он мертв.

– А вот скажи-ка мне, барон, зачем его труп понадобился вашему травнику? – король скептически смотрел на вставшего в позу мужчину. Позер.

– Фернандо, – уже откровенно злясь, сказал Легрэ, – то есть, ваше величество, если вам не на ком сорвать злость и вы намерены, чтобы я отвечал за всех, то лучше не начинайте. Может быть, вам еще рассказать, почему Себастьян на вас покушался? А за принца соседней державы ответить не надо?

– Жаль, – король опустил глаза бумаги, – я думал, у тебя есть идеи, зачем травнику труп аббата. Если, конечно, ты уверен, что Себастьян сейчас труп. Похищать живого было бы логичнее. Садись, – Фернандо кивнул головой в сторону подушек, на которых уже устроился Луис. – Вот тебе списки мертвых и арестованных, может чего умного хоть сейчас скажешь. Или, – он поднял тяжелый взгляд на барона, – ты при дворе хочешь просто так ошиваться?

– Вот только упреков не надо, – огрызнулся Легрэ, припомнив, что дважды спас королю жизнь. Он сел на подушки и слишком усердно взялся за дело. – Я бы на вашем месте, послал людей, прочесывать окрестности. Только не в одежде стражи – это может спугнуть... Простолюдины, нищие, купцы. Если труп Себастьяна кому-то понадобился, то вряд ли этот человек ушел далеко. А наш травник вообще – не в себе, и довольно сильно.

Фернандо задумчиво побарабанил пальцами по бумагам.

– Легрэ, почему Себастьян решил тобой пожертвовать? Насколько я понял, ты был одним из его доверенных лиц.

– А разве не ясно? – ответил Кристиан не отрывая взгляда от бумаг. – Я его предал, когда вывел вас вместе с Луисом из монастыря, вместо того, чтобы убить короля, а герцога запереть в монастыре и периодически таскать в его постель. – Легрэ поднял глаза на Фернандо. – После такого я бы тоже обиделся.

– Он не мог не подумать об этом. Я бы точно подумал. Возможно он именно на это и рассчитывал, – Фернандо продолжал задумчиво изучать Луиса и Кристиана. – Не нравится мне это. Как-то слишком все ненадежно.

Легрэ сменился с лица.

– Хотите сказать, что я – шпион?

Луис, до сих пор хмуро слушавший обоих, их перепалку, все больше хмурился. Голубые глаза окончательно потемнели. Губы плотно сжались.

Он повернулся к Кристиану и спросил напрямую:

– Та, бумага, которую подписал, у Себастьяна?

Кристиан изумленно замер.

– Разве падре тебе ее не отдал?

Герцог побледнел. Его ожидания, что дела выходят из-под контроля, начинали оправдываться. Юноша повернулся к королю.

– Вам показывали бумаги на объединение? – спросил напрямую. – Фернандо, отвечайте... – он сам не заметил, как перешел на тон короля. Подозрение, что король собирался его после подписания договора убить или же это сделал бы Кристиан росло, как на дрожжах.