Монастырь (СИ)

Хочешь спать – ложись, – он кивнул на постель. – Но я тебе ясно сказал – не отпущу.

Луис покраснел окончательно. Похоже вчерашние слова не подействовали на Фернандо. Губы юноши дрогнули от резкости тона. В колени закралась предательская дрожь. Это было ужасно. Герцог устал. Так сильно устал сопротивляться. Он лишь опустил голову и когда руки короля разжались отправился к ложу, чтобы избавиться от испачканного пелиссона, снять сапоги и забраться на шкуры.

Там герцог просто свернулся калачиком и закрыл глаза. Раз уж нельзя уйти, сон у него никто сейчас не отнимет. Прикрыв горло воротом рубахи, потому что там еще виднелся след, юноша вздохнул. И закрыл глаза.

Фернандо устало сел рядом с мгновенно уснувшим мальчиком и принялся легко перебирать его волосы. Задуманное ранее удалось, теперь осталось следить, чтобы мальчик опять не сорвался. Он слегка отодвинул ворот рубашки – слишком уж старательно Луис что-то прятал – и нахмурился. Какой-то странный след на шее. Откуда? Кто-то еще трогал его мальчика? Когда? На лице мужчины заходили желваки – нужно будет прояснить этот вопрос, а пока... Фернандо лег рядом с юношей, прижал его к себе и тоже мгновенно заснул.

Кристиан вымотался в конец, но все же его довели до лекаря, который омыл его раны и смазал их заживляющим бальзамом, руку пришлось замотать. Травника очень беспокоило то, что в рану попала земля. “Как бы не развилось гангрены”, – причитал он, очищая раны, и все время охал. Легрэ это так раздражало, что в конце концов, он просто прикрикнул на лекаря и тот замолчал. Кристиану принесли простые одежды, после чего он направился прямиком к герцогу Сильвурсонни. Луиса в шатре не оказалось, а через минуту Легрэ узнал от стражников, что юношу увели к Фернандо. Нахмурившись, Кристиан побрел к королевским шатрам. Охрана пустила его внутрь не сразу, и Легрэ пришлось напомнить, что он спас жизнь Фернандо и вообще, раненый никакой угрозы для того не представляет.

Подойдя ко входу в шатер, Легрэ не услышал ничьих голосов, а потому осторожно отвел раненой ладонью ткань в сторону и заглянул в полумрак. Фернандо и Луис крепко спали.

Кристиан долго смотрел на них и думал: “Совсем как в день его возвращения в лагерь”, только чувства теперь были другими. Глухая тоска постепенно заполнила до краев разум, и Легрэ, развернувшись, собрался уйти. Луис пошевелился, что-то пробурчал во сне – и это все снова изменило. Кристиан подошел к постели, вглядываясь в лицо мальчика, отпустился на колени. В глаза бросилась красная полоса на шее. Фернандо? Неужели ему мало было сегодня, что он решил придушить мальчишку? Легрэ тихо выругался и осмотрелся, прошел по шатру – никаких веревок.