Монастырь (СИ)

– Кристиан усмехнулся и взглянув на Микаэля, спросил: – Он разве не сказал тебе, что натворил? Конечно не сказал... Никому не сказал, верно?

– Кристиан, ты забываешь главное – не тебе решать, как и кого наказывать. Это – не в твоем праве! А насилуя того белобрысого мальчишку, ты, наверное, тоже благое дело делал?!

Микаэль так и не поднял головы. Но, и руку с шеи не убрал....

– Иди ты к дьяволу... Я не могу в лагерь вернуться... Мне травы собрать надо – иначе умру по дороге. Теперь – точно....

Легрэ ухватил Микаэля за рукав.

– А ты с чего взял, что я его насиловал?

Травник и так еле держался – а когда Кристиан дернул его за рукав – то рука подломилась, и Микаэль и вовсе упал на Легрэ.

– Я – лекарь. Лучший – от южных берегов и до Северных земель. Я вижу, когда и что не так.

– У нас все взаимно было, – после недолгого молчания, сказал Кристиан, хмурясь. – Прежде чем судить людей, Микаэль, возьми за правило выяснять причины. Ты ничего не знаешь об этой истории, вот так-то, друг мой. Потому лучше заткнись, а?

Легрэ спихнул с себя Микаэля, после хмурясь и сжимая зубы, привел лошадь.

– В лагере есть кто-нибудь, кто сам тебе трав наберет нужных?

– Иные причины, я знаю получше Вас, брат Кристиан.

Микаэль медленно, опираясь на руки и едва сдерживая стон, попробовал сесть.

– Сказал же, я не возвращаюсь в лагерь.

– Какие причины? – серьезно спросил Кристиан, и никогда до этого он не смотрел на Микаэля столь требовательно и прямо. – Что ты вообще можешь об этом знать?

Травник осторожно потянулся, пытаясь хоть как-то собрать мешавшиеся спутанные космы, но, сразу же опустил руки, опять морщась от боли.

– Когда смешивать большую политику нескольких держав с не менее сильными чувствами – кто-то явно перережет себе горло. И дай Боже, если сам... А еще, брат Кристиан, я ненавижу смотреть в почти потухшие глаза и знать, что душу излечить не могу... Это – если хотите честности.

– Ты уверен, что я этому причиной? Подумай хорошо, Микаэль, потому что от этого зависят судьбы многих людей. Что тебе сказал Луис?

Микаэль лишь прикрыл глаза, решая, что можно сказать. Да и нужно ли?! Ему-то до всего этого дело какое? Это брат озабочен постельными делами короля соседней державы, которые перерастают в военный конфликт. А скромный травник должен держаться от этого всего подальше... Вот только, факты сопоставлять Микаэль умел очень хорошо, а в душе все еще болью отдавалась вина перед оставленным в подземелье мальчишкой. Из письма, переданного через верного ярлу человека, лекарь понял, что юноша очень даже нашел выход из туннелей, раз кампании возглавляет. Вот только... Прав был наставник, не раз говоривший: “Исцеляя тела – не лезь без спросу в души. Да, даже если и просят – тоже не лезь.. Целее сам будешь.