Монастырь (СИ)

Не важно любят ли тебя, когда ты любишь сам – с такой отчаянной и глубокой печалью.

– Мой милый, – юноша, ставший мужчиной, в висках которого пробивается седина, его бессмертная душа потянулась к Паоло, чтобы поцеловать и познать вновь. – Ты мой...

Страсть отгорела, напоследок полыхнув яркой вспышкой, оставляющей после себя светлую горечь, и сменилась утомленной нежностью. Паоло лежал с закрытыми глазами рядом, целуя вслепую соленую от пота кожу любовника, и темные ресницы трепетали, не смея подняться и разрушить последние мгновения волшебства.

– Это все невозможно... – прошептал инквизитор. – Зачем мы живем вот так?.. – он прерывисто вздохнул.

– Просто так получилось. Послушай, – Себастьян вдруг повернулся на бок. – Я обещаю тебе, что расставание ненадолго. Поверь мне. Я буду тебя ждать. Ты сразу все поймешь... Я... люблю тебя!

Паоло открыл глаза, и они долго скользили по лицу Себастьяна, словно пытались навсегда запечатлеть каждую черточку, не надеясь увидеть снова. Он протянул руку и медленно, с трепетной нежностью провел по спутанным темным кудрям, потом по щеке, задевая припухшие от поцелуев губы."

"====== Монастырь 1: 29 глава ======

29"

"Святейшей инквизиции сегодня с утра было не видно и не слышно – поди, разбери, то ли узнали уже все, что хотели, то ли выбирают время, чтобы нагрянуть. К вечеру Этьен уже извелся – работа валилась из рук, книги не шли на ум чуть ли не первый раз в жизни, а к алкоголю библиотекарь решил не прибегать – мало ли кто заглянет. К привычной уже тревоге за судьбу книг, монастыря в целом и, чего греха таить, за собственную шкуру, добавились беспокойные мысли. В них хватало место и Николаю, и ночному визиту Ксавье, и завтрашней встрече с Лисом, и одолевавшему библиотекаря последнее время странному недугу, который он с упорством, достойным лучшего применения, относил на счет усталости последних дней и вероятных последствий злосчастного снадобья.

По идее, стоило заглянуть к падре Себастьяну – выяснить, как продвигается проверка... заодно и повод выяснить, что там с Николаем. И, наверное, надо рассказать про Ксавье...

Запутанные каменные коридоры, знакомая наизусть дверь... и очень не вовремя накатившая нерешительность. Что за ерунда, с чего бы ему нервничать перед разговором с Себастьяном? Этьен провел ладонью по лицу, будто стирая невидимую паутинку, сделал глубокий вдох и постучал.

Мужчина открыл нескоро. Вид его был растрепанный и очень странный. Из рукавов рясы виднелась дорогая ткань рубахи с узором, волосы и вовсе растрепались волнами по плечам. Себастьян спешил... явно спешил...

– Что-то случилось, брат Этьен? – мужчина впустил того к себе, чуть приоткрыв дверь. И сразу закрыл, прислонившись к той спиной. Долгим взглядом изучал гостя, а потом кивнул на стул. – Хорошо, что пришел.