Монастырь (СИ)

Еще один поцелуй, когда рука чувствительно скользит над местом, которое уже дарило боль, когда неизвестно – будет ли боль или ласка. Когда тело в нетерпении ждет, что же ему дадут. Когда мышцы сводит от напряжения. Когда в разуме царит только один вопрос – когда? Дрожь под руками выдает это все.

– Ждешь? – выдохнул король в губы вора. – Раздевайся, – и легкие касания вокруг болевой точки, дразнящие, манящие, обещающие радость и боль.

Новое “да” сорвалось губ Ксавье. Все тело плавилось от осознания в насколько умелых руках он находится и какая острая, сладкая и опасная игра его ждет.

– Слушаюсь, – он усмехнулся в губы капитана, отдавшие столь однозначный приказ, и медленно потянул полу своего балахона вверх, лаская себя по бедрам. Стянув так мешающуюся сейчас одежду, он отбросил ее куда-то на пол, и выжидательно посмотрел на Фернандо, нетерпеливо облизывая губы.

Король медленно обошел вокруг вора, осматривая, оценивая его. Рука скользила легкими поглаживаниями по телу, по шрамам, останавливаясь на самых заметных. Хорош.

– Руки за спину и не шевелись. За каждый звук – наказание.

Ксавье жмурился и томно изгибался от прикосновений короля. В ответ на очередной приказ он ответил порочной ухмылкой и восхищенным блеском глаз. Рыжеволосая бестия завела руки за спину, захватывая правой ладонью запястье левой.

– Наказывать придется часто, я весьма невоздержан в стонах, – вкрадчиво сообщил он, с вызовом глядя на Фернандо.

– Я разве позволял говорить? – в притворном изумлении приподнял брови король. – Что ж ты так сразу нарушаешь приказ? А?

Рука опять за подбородок, ухмылка в губы.

– Отвечай.

– Вы отдаете противоречивые приказы, мой прекрасный деспот, – Ксавье похлопал ресницами, – Так мне молчать или отвечать?

– Дерзишь? – ухмылка все ярче, рука легко гладит по бедренной косточке, смещается чуть в сторону, легкие поглаживания, которые сменяются более чувствительными, жесткими. Ноготь впивается в кожу, вызывая яркий всплеск боли, потом еще раз. – Так тоже будешь дерзить?

Ксавье наслаждался жесткой лаской и ждал неминуемой расправы. И она конечно же наступила, резко ударив по нервам и заставив втянуть воздух сквозь зубы. На этот раз на вопрос короля рыжеволосый стервец только отрицательно помотал головой, однако вопреки ответу на губах тут же зажглась вызывающая ухмылка.

– Будешь, – дьявол предвкушающее улыбнулся. Еще несколько движений, и трепет тела под руками служил показателем реакции. Фернандо изучал его, настраивал, как опытный мастер, новый инструмент. Через несколько минут король прижал вора спиной к двери, держа его за горло. Руки Ксавье продолжал держать сзади, и его нижняя часть оказалась бесстыдно выставленной перед королем.