Монастырь (СИ)

– Аббат Себастьян предаст меня анафеме, потом брат Кристиан живьем с меня шкуру сдерет, а после всего этого святой инквизитор устроит мне милый погребальный костер. И все эти прелести догнали меня в последний час... После более близкого знакомства с вами... Ах, да... После моей смерти, Северное княжество, скорее всего объявит войну Валасии... Так что весело будет всем, брат мой. Я ответил на Ваш вопрос? Так ответьте и Вы на мой... Для начала – ваше имя? Кто вы? Что делаете в нашей обители и что от вас нужно было инквизиции?

Юноша приподнялся с трудом.

– Мне нужно бежать, – сказал тихо. – Вы знаете, как выбраться из этого... лабиринта?

Он намеренно не отвечал на вопросы. Ни к чему еще одного свидетеля получить. Северное княжество? Голубые глаза стали темнее.

Травник даже не шелохнулся, лишь устало прикрыл глаза на мгновенье, смиреньем связывая желание заорать на мальчишку.

– Ты совсем дурной, да? – от избытка эмоций, контролировать которые становилось все трудней, он перешел на простое ‘ты’ .

– Поддавшись неясному мне порыву и спасая тебя, я свою жизнь на кон поставил... Так что если ты бежать надумал – говори куда. Вместе будем бежать.

– В порт, отсюда подальше... Я через море отправлюсь. К арабам. – губы юноши дрожали. – Они меня убьют. Я сильно насолил королю. Я... – юноша опустил глаза. – Меня вынудили ваши братья подписать отречение от наследства. Мне бежать надо.

– Ну и что ты такого страшного то всем сделал, что за тобой так гоняются? И... подожди пока себя хоронить. Это всегда успеется...

Микаэль потянулся к своей котомке, доставая еще одну склянку, не церемонясь особо взял юношу за руку и капнул несколько капель тому на ладонь...

– Это хмель уберет из головы и чуть взбодрит... а еще мне бы тебя осмотреть – на тебе ран много. – в таком состоянии только и бегать... Я лекарь. Не брыкайся, хорошо?

– Хорошо, – кивнул Луис и всхлипнул. – Я ничего не делал, – сообщил он, когда мужчина стал его осматривать. – приходил врач инквизиторский. Плечо перетянул. Я... – герцог стер слезу с глаз, – абсолютно ничего не сделал. Все из-за земли Сильвурсонни. И денег. – умолчать о произошедшем ночью? Поймет? Да, поймет, по глазам уже ясно. Сузились, смотрят внимательно на каждую отметину, что оставил Кристиан.

Микаэль осторожно осматривал юношу, смазывая раны необходимыми мазями и настоями, доставая те поочередно их котомки. В душе поднималась волна жалости к истерзанному и отчаявшемуся мальчишке и тихое бешенство по отношению ко всему остальному – такие следы он не раз видел на телах наказанных братьев... Он легонько провел кончиками пальцев, втирая прохладную мазь в воспаленную кожу:

– Это ведь брат Кристиан тебя бил? – голос на удивление был тихим и спокойным. Брат Микаэль не зря славился своим самообладанием.