Монастырь (СИ)

Ты не станешь просить прощения просто так. На всякий случай, заранее.

Палец легонько гладил подбородок. Дьявол внутри довольно бесновался, чувствуя, как предательски дрожит юное тело.

– Не хочешь отвечать? А я ведь предупреждал.

Чуть сжать пальцы, пока еще ласкающие лицо.

– Что я должен ответить, ваше величество? Что именно? – голубые глаза бесновались пламенем опьянения. – Вы задаете много странных вопросов. Да, я виноват, что отказал вам. Я и теперь отказываю.

Фернандо любил играть. Жаль, монастырь не совсем подходящее место. Он с усмешкой смотрел на желанную игрушку, которая когда-то посмела убежать, да и сейчас воображает, что может что-то сделать. Врет ведь.

Он провел пальцами по все еще разбитым губам, почувствовав пальцами все трещинки и неровности. Желание толкнулось в тело.

Мужчина вернулся в кресло, сел, ослабив дорогой широкий пояс.

– Что ж ты так вцепился в кубок? Еще выпить хочешь?

– Нет, благодарю вас, – юноша поставил кубок на стол. Лишние фразы, лишние действия сейчас ни к чему. Чем меньше эмоций после допроса, тем лучше.

– Ну, тогда мне налей, – Фернандо встал, закрыл окно. Отвлекает. Дает надежду. Следом последовали ставни. Плевать, что подозрительно. Мало ли что инквизиторы задумали. Все равно никто не посмеет зайти.

Повернувшись к мальчику, мужчина наблюдал за его движениями. Боится точно. Но храбрится, и что-то еще. Что?

Сев обратно в кресло, велел:

– Зажги свечи.

Если Луис не обратил внимания, где они стоят в его комнате, сам виноват. И о многом скажет. Взяв в руку бокал, мужчина принюхался к вину.

В полумраке, который опустился на комнату, было сложно сориентироваться. И Луис запаниковал. Его голова кружилась. Ему было не по себе. Налив в кубок вина, герцог услышал приказ зажечь свечи. Но подсвечника как такового нигде и раньше не заметил.

– Ваше величество, простите. Но я не ведаю, где они находятся. И вы... закрыли окна, – мысль о новых пытках заставляла голос дрожать.

О, да! Мужчина довольно вытянулся в кресле. Мальчик так и не удосужился даже осмотреть комнату, в которой он оказался. Глупыш. Хорошенькая игрушечка. Что же он скрывает? Но осторожность не помешает.

– Иди сюда.

Когда паникующий юноша оказался рядом, Фернандо ухватил его за талию и потянул к себе на колени со словами:

– Дарую тебе привилегию сидеть в моем присутствии. Но только у меня на коленях.

– Ваше величество, вы... – Луис попытался встать. Но его удержали сильные руки. – Если вы хотите продолжить допрос, то спрашивайте.

– Мальчик, мальчик, – голос Фернандо в темноте приобрел мягкую бархатистость. – Я ведь тебя даже не целую, а ты уже... – легкий смешок, – отказываешь. Чего же ты так боишься? У тебя есть тайны? От сюзерена? – голос обволакивал, руки аккуратно держали за талию.