Монастырь (СИ)

А потом пытал.

– Как скажете, ваше величество, – усмехнулся Фратори, – Дитя мое, я бы посоветовал напрячь твою память и припомнить, КТО отдал этому Кристиану Легрэ такой приказ... Он ведь помощник аббата Себастьяна, верно? – задал он наводящий вопрос.

– Я не знаю. Клянусь. – герцог уже не сдерживал слез. Кошмарная ночь сменилась не менее кошмарным утром. Силы иссякали, тело отказывалось слушаться и теперь просто привалилось к сидению, к которому его прижал сапог. Все равно, что дальше, они все равно не отстанут. – Им управляет аббат Себастьян. Больше я ничего не знаю.

Фратори вопросительно посмотрел на короля. Лично его результаты допроса вполне удовлетворяли.

– Дитя мое, – он снова повернулся к герцогу, – ты ведь не откажешься письменно подтвердить все свои слова?

Фернандо отпустил герцога, наблюдая за ним. Не похоже, что обманывает. Ну что ж, можно проверить и позже.

– Слова, что угодно. Оставьте меня в покое. – Луис закрыл глаза и положил голову на сидение.

– Падре? – мужчина вопросительно посмотрел на Паоло. – У вас ведь есть нужная бумага? Дайте герцогу ее подписать.

– Пусть он лучше сам, своей рукой напишет все свидетельства. А то ведь, согласитесь, как-то некорректно давать подписывать бумагу о том, что его вынудили силой и пытками подписать другую. – Паоло жестом подозвал Рауля и попросил бумаги и чернил.

Практически все следующие четверть часа Луис под диктовку писал показания, а когда подпись была поставлена, откинулся на сидении. Он ужасно хотел спать. Забыться и забыть. Голова болела от выпитого ночью. Но разве это кого-то волновало."

"====== Монастырь 1: 18-19 главы ======

18"

"Когда обоз показался в воротах, Себастьян еще не был в курсе побега герцога, но он сразу почувствовал своей тонкой шкурой, что все идет не так. Слишком сильна была интуиция у этого человека и слишком долго он прожил на земле.

Мужчина вышел навстречу карете и низко поклонился появившемуся из нее падре Паоло, изучая того черным немигающим взглядом.

– Приветствую вас, падре Паоло, в нашей обители, – голос аббата снизошел до поклонения. – Мы давно ждем вас и уповаем на вашу милость и спасение от случившегося в наших стенах.

На этот взгляд и приветственные речи Паоло ответил сладкой улыбкой, которая, наверное, должна была символизировать благость.

– Да благослови вас Господь, падре Себастьян... И что же случилось такого в ваших стенах, с чем не сумел справиться тот, кто милостью божьей был поставлен управлять ими и наставлять братьев, укрывшихся в них от мирских соблазнов? Или милость божья оставила вас, Себастьян? – он подпустил в голос яда, хотя продолжал благосклонно улыбаться.