Подчинись мне (СИ)

— Простите за то, что наговорил тогда, — вновь извиняется он.

— Два раза за одно и то же не извиняются, - дружелюбно похлопываю его по плечу. —Пойдем уже, найдем твоего отца.

— Про «найдем» это вы верно сказали, - впервые вижу, как Никита улыбается, правда, грустно. -

Он может быть где угодно.

Как только мы подходим ближе к дому, оттуда выбегает Алла Егоровна.

— Никита, ну. - она хочет что-то сказать, но затем лишь машет рукой в сторону парнишки. - Вы уж простите его, — теперь уже обращается ко мне. - Я ему говорила, а он... -женщина снова отмахивается.

— Ничего страшного, мне не трудно, - отзываюсь в ответ, хотя, если честно, безбожно вру.

— Я много лет тут работаю, но такого не видела никогда, - признается Алла Егоровна. —Тимур

Александрович, он вообще не пьет, понимаете? А тут не просыхает уже недели две. Мне даже самой за него стыдно. И не подпускает ведь никого! Сегодня вон - вазу китайскую разбил и даже осколки убрать не дает. Не знаем уже, что и делать с ним.

Напряжение запредельное. Но я иду вперед, потому что обещала. И у меня сердце сжимается, когда мы оказываемся в гостиной.

Тимур сидит на полу возле дивана. Кажется, он в отключке. Запах в помещении стоит характерный. У камина и вправду вижу осколки вазы.

— Я предупреждала, - разводит руками Алла Егоровна.

Закусываю губы. Тимур выглядит отвратительно. Лохматый, небритый. Лицо будто осунулось.

Светлая некогда рубашка поизносилась. На брюках непонятно происхождения пятна.

Делаю несколько шагов в его сторону, и не могу узнать в этом теле человека, с которым мне довелось познакомиться: уверенного в себе, мужественного, красивого, получающего от жизни все, что захочет.

Сейчас Абрамов отвратительный и слабый. Только слабак будет заливать проблемы алкоголем и доводить себя до состояния бомжа с вокзала.

Хотя, чья бы корова мычала? Даже я, первым делом, побежала в бар, где наклюкалась, до такой степени, что до сих пор не могу восстановить в памяти события той ночи.

Мне становится жаль Абрамова. Искренне и по-человечески жаль. И в этот момент я понимаю

Никиту, как никогда раньше, ведь это больно видеть близкого человека таким. От этого сердце в клочья.

Делаю еще пару шагов, и Тимур начинает шевелиться.

— Вон все! — бубнит точно в бреду.

Он нащупывает рядом бутылку, пытается глотнуть прямо из горла, но та оказывается пустой.

— Сука такая! - хозяин дома со злостью откидывает стеклянную тару куда-то в сторону.

Та, к счастью, остается целой, покатившись по полу.

— Алла, блядь! - ревет мужчина. - Где мое бухло?

Ойкнув женщина куда-то подрывается, но я останавливаю ее, схватив за руку.

— Подождите пока, - прошу. И делаю последние несколько шагов, чтобы оказаться совсем близко.

— Тимур, - обращаюсь к Абрамову.

Он поднимает вверх затуманенный алкоголем взгляд.