Подари мне жизнь (СИ)

Меня вновь запечатлели, и через пять минут мне вручили ещё теплый кусочек заламинированного бейджика, где красовалось имя "Марго" и ВТ. Все, лаконично и простор для фантазии.

Интересно, а куда мне сейчас идти? Мои сомнения легко разрешил все тот же господин Пак Сок Чим. Потыкав в клавиатуру монитора, стоявшего у него на столе, он выдал:

-Ваши сейчас обедают, восьмой этаж, помещение восемьсот семнадцать. Потом работа в тон-студии. Можете идти, Марго. И забывайте про Риту. Во всяком случае, здесь.

И я пошла, солнцем палимая. То есть, туда, где мои будущие коллеги обедают. Вначале, когда я зашла в помещение, никто не обратил на меня внимания, они ели и разговаривали. Лапша, которую я съела дома, давно уже забылась, но не это меня печалило, а то, что она была острая. И теперь пить хотелось невыносимо. Приметив, что перед каждым стоит стакан с каким-либо напитком, а на столе есть ещё пара стаканов лишних, я присела на стул и беззастенчиво стянула один.

И вновь вначале никто не повернул голову. Кроме этой мелкой заразы - Чимми. Он возмущённо завопил, привлекая всеобщее внимание:

-Эй, это ещё что такое? Это мой стакан, я хотел ещё кофе! И вообще, что вы тут делаете?

Я в ответ огрызнулась, раз он понимает только так:

-Вредно пить много жидкости, описаешься! Я здесь кофе пью, понятно?

Парни во все глаза меня рассматривали и молчали, не понимая, что же тут происходит. И только глазастый Тэ быстро понял и засмеялся. Ещё бы! Он ведь присутствовал, когда придумали мне псевдоним, и на бейдже корейским по белому написано "Марго". Да и серьги мои в ушах, он их тоже успел разглядеть. Наконец, отсмеявшись (я все это время молча и невозмутимо пила кофе, Чимми краснел и надувался, как помидор), Тэ сказал:

-Ну, вы даёте, парни! Знакомьтесь, наш восьмой мембер Марго! То есть Рита…

-Вообще-то Рита осталась дома, и только для своих! А здесь, сейчас и отныне - прошу любить и жаловать - Марго! И это не мой каприз, таково пожелание Председателя и службы безопасности -невозмутимо сообщила я.

Парни отмерли, начали восклицать, отмечая мое преображение. Чимми сдулся и сидел задумчиво. Не иначе, как пакость какую-то готовит. Честно, вот непонятна мне его неприязнь ко мне, вроде бы ничего такого я не сделала. А, ладно, разберемся по ходу пьесы… Что там у нас в ближайших планах? Тон-студия? То есть, запись? Ок, схожу, посмотрю, что там записывают и надо ли мое участие.

В звукозаписи нас ожидали и режиссер альбома, и звукооператоры, и преподаватели по вокалу, мужчина и женщина. С мужчиной я уже виделась в кабинете Председателя. Женщина, лет сорока, с красивым, звучным голосом, была представлена как Чжан Су Мин. Она сказала, что именно она будет работать со мной.