Маска Зорро (СИ)

– Что с тобой?

- Все хорошо.

- Ты бледная как простыня!

- Все хорошо, – с нажимом повторила Изабелла.

Фрейлина немного помолчала и перевела взгляд на Рикардо.

Молодой человек, не отрываясь, смотрел куда-то вдаль. Керолайн интуитивно проследила за направлением глубоких карих глаз – в центре зала танцевали Зорро и Фиона.

Надо было признать, Диего являл собой отличного собеседника – спокойного, тактичного, остроумного. Он умел создать вокруг себя атмосферу доверия и морального комфорта. Это чувство Изабелла уже успела поймать с его первыми словами, и сейчас, по прошествии времени, убедилась в своих ощущениях окончательно. Он был опытным дипломатом и прекрасно разбирался в людях и их настроениях, выбирая правильные темы и подходы. И хотя при всем его расположении к собеседникам в нем проскальзывала некоторая холодность и отрешенность, которые, скорее всего, стали следствием профессиональных навыков, Изабеллу это не смущало – все ее сознательные годы прошли в среде подобных светский интонаций.

Рикардо и Керолайн при первой же возможности улизнули на танцевальный паркет и создали своим отсутствием вполне идиллическую картину оживленно общающихся принцессы Англии и сына губернатора Калифорнии, которым сообразно высокому решению Британской Короны вскоре надлежало соединить свои жизни и судьбы."

"Диего рассказывал про свою недавнюю поездку в Ла Пас, про остальные поселения полуострова, про открытие новой школы под Лорето, про свои путешествия в Мексику и в Верхнюю и Нижнюю Канаду, про Великие Озера, словом, раскрывал перед Изабеллой родной и незнакомый ей континент, словно на ладони, и, пожалуй, умиротворяющий звук его голоса был сейчас тем единственным, что она хотела бы слышать. Они совсем не говорили о детстве, ничего не вспоминали и даже не делали попыток, и Изабелла не без потаенного облегчения понимала, что Диего не планирует ударяться в истории десятилетней давности.

Молодой человек очень внимательно следил за ее состоянием и не давал ей много говорить, в конце концов, превратив их диалог в практически единоличное повествование. Впрочем, Изабелла совсем ничего не имела против. Голос ее собеседника, легко обрамляемый звенящими аккордами, звучал, словно ведущий инструмент музыкальной группы. Со всех сторон долетал негромкий озорной смех и шорох платьев дождавшейся, наконец, танцевальной части вечера публики. Жаждущая хлеба и зрелищ толпа не только сполна удовлетворила свои потребности, но и получила ответы на многие так долго терзавшие ее вопросы, поэтому политику, избранную на этот день домом губернатора, можно было безоговорочно признать удачной.

- Воды! – простонала Кери, внезапно появляясь из-за спины и падая в соседнее кресло.