Маска Зорро (СИ)

- Давай быстрее, нам выезжать уже через сорок минут, – металась по спальне фрейлина, впадая в ужас от мысли о том, что они могут опоздать.

- Мы ведь уже почти готовы, – попыталась возразить Изабелла, доставая из своих волос ворох шпилек, которыми ее подруга нашпиговала ее утреннюю прическу.

- Мы еще даже не одеты!

- Это займет полчаса…

- Расскажи мне, сколько времени занимает твое обычное одевание! – приняла хищную стойку Керолайн.

Изабелла благоразумно промолчала и безропотно дала фрейлине закончить извлечение заколок из своей головы.

Ночь прошла совершенно спокойно. Девушки спали, как убитые. Возможно, на их состоянии сказались переживания двух последних дней, а, возможно, они смогли так крепко заснуть из-за того, что в соседней комнате стоял на страже их покоя и сохранности столь сильный защитник, которого невозможно было ни подкупить, ни миновать без боя.

Кери, еще не оторвав голову от подушки, уже залилась нежным румянцем – осознание того, что Рикардо всю ночь напролет охранял ее сон, заставило ее сердце биться так сильно, что Изабелла даже проснулась. Она с трудом успела перехватить взгляд огромных блестящих глаз своей фрейлины, как последняя упорхнула на кухню и уже через двадцать минут примчалась обратно с необъятным подносом. Изголодавшийся за бессонные часы Линарес уничтожил весь запас провизии за один вздох своей музы и, наконец, позволил себе расслабиться в ожидании десерта.

Было около восьми часов утра, когда Керолайн утащила из их ночного штаба последнюю тарелку и, полыхая, словно распустившееся маковое поле, вернулась в спальню."

"Впереди предстояла самая чувственная часть плана по пребыванию Линареса в их апартаментах. Вчера они чуть не сломали себе головы над тем, как обеспечить его незаметный уход из крепости, в случае, если ночь пройдет без происшествий. Конечно, они могли раскрыть свои карты утром, и никто в столь непростой момент не осудил бы их за дополнительные меры предосторожности, однако это все равно вызвало бы ненужные пересуды, на избавление от которых они уже потратили столько сил и времени.

Но это был самый худший вариант. И в ту минуту, когда они уже почти готовы были его принять к исполнению за неимением альтернатив, Изабелла, наблюдая за лобызаниями Рикардо кормящей его хрупкой ручки, вдруг язвительно выдала: «Пусть поет под окном серенады».

Ее отец и губернатор на минуту ошеломленно замерли и вдруг захохотали – это было совершенно бесшабашное предложение, но именно сейчас оно подходило им, как нельзя лучше.