Маска Зорро (СИ)

Но оставался еще один, пожалуй, главный вопрос – как такой богатый корабль, коим обладал британский флот, мог беспрепятственно миновать всю Атлантику без военного сопровождения? Один! За столько недель плавания совершенно одинокому и беззащитному судну ни разу не встретить пиратов на своем пути было почти столь же невероятным, как солнцу взойти на ночном небе или реке повернуть свое течение вспять.

Но ведь он пришел. И с каким содержанием... Да, если бы кто-нибудь перехватил это письмо…

Девушка почувствовала, что ей не хватает воздуха и снова перевернулась на спину.

Но ведь все получилось… Все… Словно по чьему-то тщательно разработанному плану. Все двигалось в своем порядке, в своей очереди, без сбоев, без отклонений...

Складывалась ужасающая по своей непостижимости картина: Зорро знал, что Георг III напишет письмо, знал, что оно будет отправлено примерно через неделю после отбытия английского двора в Калифорнии, знал, что корабль пройдет свой путь беспрепятственно и поэтому знал точный день его прибытия. Он рассчитал время, которое нужно было губернатору и дону Ластиньо, чтобы получить письмо от сэра Ричарда – ведь именно он, по всей видимости, был связующим звеном между монархом и домом губернатора, – и за это время занялся подготовкой Изабеллы к тому, что ее ждало по прочтению письма. Он все просчитал...

В груди почему-то все больно сжалось. Его руки, его поцелуи, жаркие объятия – все это было направлено лишь на то, чтобы отвлечь ее от невероятного содержимого письма, которое везли с собой ее отец и крестный...

Хотя он раскинул свои сети много ранее – когда сказал «моя». И она сразу же сделала в них первый шаг."

"С какой легкостью он переносил ее в совершенно другое время и место. Он выкрадывал ее сознание из этого мира, сосредоточивая все ее мысли на собственных ощущениях. И хотя она понимала, что все это он делал исключительно для ее блага, что-то сильное и горькое вдруг перехватило дыхание...

Ведь сегодня он довел ее до исступления, до потери самой себя… Он почти свел ее с ума. Она называла его своим учителем, умирала в его руках... А на самом деле являлась лишь еще одной в его бесконечном списке мужских побед.

Девушка с головой спряталась под одеяло и свернулась в маленький калачик.

О чем она думала? О чем она, хоть и бывшая, но королевская дочь, думала?

Она не обнаружила в своей голове ни единой мысли и все, на что оказалась способна – это в очередной раз, уже, словно само собой разумеющееся, взвалить все свои заботы на его плечи…

К ощущению полной разбитости в довершение прибавилось чувство невероятного отвращения. Более мерзко она, кажется, никогда еще себя не чувствовала. Превратиться в такое безмозглое создание после его объятий и поцелуев...