Сын маминои подруги (СИ)

Вот так.

Она почувствовала, как за ее спиной шевельнулся Захар. На ее плечо легла его рука.

— Уля, что случилось?.. Я тебя… я тебя обидел?! Чем?!

Уля молчала. А потом шмыгнула носом. Рука Захар на ее плече сжалась сильнее.

— Уля?!

Нет, так дальше невозможно. Им надо расставить все точки над какой-то там буквой. Потому что думать о том, что все исчерпывается вот этим вот, безусловно, прекрасным — три оргазма подряд, черт возьми, это, конечно, прекрасно! — так вот, если это все, что тебе от меня надо, Захар Мелехов, то иди ты со своими оргазмами — и моими тоже, да — знаешь куда?!

И я не знаю. Но очень боюсь, что тронусь умом, если не услышу сейчас какой-то определенности.

Уля еще раз шмыгнула носом — уже сердито и на себя. И резко села.

— Постель — не место для серьезных разговоров. Если ты хочешь поговорить — давай оденемся. И поговорим.

— У меня есть встречное предложение, — после паузы раздался за ее спиной еще чуть сбитый, но уже вполне спокойный голос Захара."

"Конечно. Я даже знаю, какое. Собирайся и проваливай вместе со своими разговорами, уважаемая Ульяна Романовна. До следующего раза.

Она сцепила зубы и сквозь них едва выговорила:

— Какое?

— Я пошел в душ, а потом ставить чайник и добывать чего-нибудь из холодильника. Жду тебя на кухне минут через пятнадцать. Мы же можем есть и говорить одновременно? Я голодный жутко. Эти бутерброды размером с ноготь есть невозможно.

Ты не тролль, Мелехов! Ты бесчувственное бревно!

Но Ульяна медленно кивнула. Потом слушала шорох за спиной — как Захар вставал, что-то брал и выходил из комнаты. Как потом где-то за стеной едва слышно зашумела вода.

Говорят, тебя никто не может к стенке прижать, Захар? А я возьму — и прижму. Чего бы мне это ни стоило!

***После душа Ульяна всерьез задумалась над тем, что надеть.

Отчего-то ей казалось, что надевать теперь свой деловой костюм, да еще после всего, что только что было — как-то нелепо. А еще он измялся, пока валялся на полу. И Ульяна решительно протянула руку к висящему на крючке темно-синему махровому халату.

Я начинаю метить территорию, Захар. Как ты на это отреагируешь?

Кажется, он отреагировал положительно. Вроде бы вполне одобрительно покосился на вошедшую в кухню Ульяну, а потом приглашающе махнул в сторону стола. На нем уже расположились чайник, две чашки и несколько тарелок — мясная нарезка, сырная, оливки и хлеб.

— Тебе покрепче?

— Да.

И покрепче. И поглубже. Черт!

Ульяна села за стол, сделала обжигающий глоток чая и озадаченно уставилась на протянутый ей бутерброд.

— Извини, ничего другого нет. Признаю — не подготовился.

Уля вздохнула — и взяла бутерброд. что еще оставалось — раз уж его сделали. Опять же, есть и вправду хотелось.