Пять мгновений любви (СИ)

Она ей нарисовала черные стрелки с небольшим количеством блесток и подкрасила ресницы.

Через полчаса совместного труда все любовались результатом. С легкими небрежными волнами она была еле узнаваема, потому что никогда ничего подобного с волосами не делала. Стрелки красиво и не вычурно подчеркивали форму глаз, делая взгляд более выразительным. Маша на совесть нанесла лак, так аккуратно, что нельзя было прикопаться.

Девочки светились от счастья, что они все же приняли участие, Яра настороженно смотрела на себя в зеркало, а Влада позвала маму, чтобы та оценила.

Яра от всей души обняла каждую и побежала одеваться. Она хотела прийти пораньше, чтобы докрасить последние облачка, а теперь, когда стала выглядеть, как принцесса, ей захотелось, чтобы Юра ее такой увидел. С одной стороны, она была рада, что услышала его слова про отношения заблаговременно, пока не успела с головой заинтересоваться им. С другой стороны, внутри нее сидела типичная девушка, с такой большой буквы Д, которая хотела показать, что он теряет.

Владислава лежала на кровати и смотрела, как она надевает любимые серые джоггеры, спортивный топ и сверху белую короткую футболку.

— Ты начала ярче одеваться, и что-то в целом в тебе изменилось.

— Тебе так кажется, потому что мы реже стали видеться.

— Возмооожно, — зевнула она и сладко потянулась. — Так классно, что я успела застать тебя дома, а то ходила бы ты сейчас все еще с бигудями.

— Ага, и умерла бы с ними, — мрачно пошутила Ярослава, представляя, как они намертво цепляют волосы. — Я бы ни за что на них не согласилась, просто потом принесла бы вкусняшек, и обиды как ни бывало.

— Ты знаешь, что слишком много им позволяешь? Перестань.

— Живи так, как хочешь ты, и делай то, что хочешь ты. Слишком много своего времени им уделяешь, раньше хотя бы был Стас, который отвлекал, а теперь… учеба да дом. Потом будешь жалеть. Это тебе мое напутствие в честь девятнадцати лет.

Упоминание Стаса отдалось ноющей болью в груди, но Яра постаралась отодвинуть слова Влады подальше, хотя и понимала, что доля правды в них есть.

— Легко тебе говорить, ты не живешь с ними.

— Если будет возможность, съезжай, попробуй самостоятельной жизни, — Влада еще раз сладко потянулась и зевнула.

Перед выходом Яра все-таки позволила Маше посыпать ей на волосы немного звездочек, зная, что они сейчас все равно все осыпятся, а сестренка будет счастлива. Теперь она точно чувствовала себя какой-то волшебной и совершенно другой, а может быть, это так на ней сказывалось то, что на целый год стала старше. В любом случае ей это нравилось. Мир стал ярче, красочнее, все ощущалось более остро. Хотелось улыбаться всем прохожим и подпевать песни, которые доносились из проезжающих машин.