Зов Лавкрафта (сборник) (СИ)

— Алина стала меня избегать. То у подружки, то на выставке, то еще где. Тогда я понял, что уже много дней тупо не видел свою жену. Понимаешь? Записки утром, звонки вечером, я ухожу она спит, зарывшись в одеяла, прихожу — ее нет, и так один день, другой, десятый. Как было у кого-то, мы живем, под ногами не чуя страны. Да уж. Вот и я так жил, рядом, но не чуя своей Алины. А потом вдруг вернулся домой из-за автопилота. Объявили пробку, всех завернули в область, я перенес дела и вернулся… оказалось очень не вовремя…

Садок А.Л. облизал губы, нахмурился и с тревогой посмотрел на церковь.

Сказать честно, от этих слов мне стало не по себе. Кроме этого, я наконец понял, что меня беспокоит в Инстмуте, с каждой минутой мне все меньше хотелось оставаться здесь на ужин.

Я перевел дух и взглянул на небо.

Весь день в небе словно пузырились огромные пепельные облака, но к вечеру у горизонта появилась сочная светлая полоса, и солнце, добравшись до нее, положило на землю свои густые предзакатные лучи. Все кругом стало рыжим и глиняным. Тени от столбов вытянулись в бесконечные черные линии, и колонны на фасадах, наконец, признались в обмане. Они не отбрасывали тени — они были нарисованными. Возможно, обманом в Иннсмуте были не только они. Эта странная дымка с непонятным запахом, что, будто чья-то спящая душа, гуляла по поселку, тоже показалась мне лживой. Когда тени вытянулись и легли на землю черными полосами, я понял, что солнце садится как раз у меня за спиной, со стороны церкви, и огромное черное пятно передо мной — это тень от церкви. И тогда, поняв это, я впервые испытал настоящий страх — справа и слева от этой тени, вытягивались другие, не такие длинные и ровные. Они двигались, копошились, ворочались и клубились — беспокойные клочки мрака, отбрасываемого кем-то, притаившимся справа и слева от нас за углами церкви. Их было слишком много по сравнению с пустыми безжизненными улицами, слишком много, чтобы не вызвать во мне чувство гнетущей тревоги и животного инстинктивного страха, какой я обычно испытываю при большом скоплении непонятных мне разумных существ.

— Тогда я решил, что со мной что-то не так, что у меня психоз, стресс, наваждение, глюки, в конце концов, — продолжил Садок А.Л. — Я напился. Я как следует напился. Тщательно, знаешь ли, как разведчик. Это было за день перед их праздником. Потом весь день на работе. С трудом, понимаешь. Когда такое происходит — работать тяжело. Я начал искать, снова гуглить, и нашел. Нет никакого Дагона, понимаешь. У аркхемиан. Нет. Ну ладно, это что… выглядят они совсем не так, не как эти… мои гастеры. Ничего там нет от рептилии, настоящие аркхемиане — это инсектоиды, считай большие тараканы. Таких на стройках полно.