Крап-чаг соединяет (СИ)

Вы же без меня совсем пропадете или с голоду загнетесь. А во-вторых, я пока не нашла своего единственного и неповторимого. Знаете, вот было бы классно выйти замуж за трех братьев и жить вместе, — мечтательно протянула Света, а меня даже подкинуло со смеху.

— Ага, и чтобы они были близнецами. Представляешь, мы же тогда ими меняться сможем, а то вдруг тебе сегодня мой понравится, а мне мой надоест. Так вот и поменяемся, а еще лучше, вообще, всем вместе жить и спать в одной кровати. В конце концов, в темноте все кошки серые.

Вера со Светой, смеясь, качали головой.

— Боже, Каргун, да ты оказывается тайная извращенка.

В этот момент мы вышли на площадку, и я, положив на пол носитель, сделала музыку погромче и начала двигаться в такт с Верой и Светой. Через минуту мы, одновременно замерев, заметили, что нас окружили пятеро странных человек. Слабое освещение не позволяло хорошо рассмотреть мужчин, но все равно было видно, что они очень высокие, крупные, с ног до головы затянутые в темные комбинезоны, которые оставляли открытыми только большие круглые глаза. Но самое странное было в другом, там, где у всех нормальных людей предполагалась талия, у них от груди до бедер были странные волнистые расширения скрытые комбинезоном. И внимательнее посмотрев им в глаза, я вдруг отчетливо увидела, как один из них, стоявший прямо напротив меня, вдруг моргнул. Сначала верхним веком, а потом из угла глаза появилось и тут же исчезло третье веко. Вот тут до меня дошло, что это не люди, и в мозг ударила волна ужаса, я раскрыла рот, чтобы завопить. Но он коснулся меня какой-то палочкой, и я провалилась в темноту.

* * *Межзвездный разведывательный корабль «Эйятерр»"

"Радьяр метался по каюте, пытаясь прийти хоть к какому-то решению. В нем боролись инстинкт самца-собственника, нашедшего свою пару, и чувства чести и справедливости в отношении других членов клана. После того как трех самок доставили на борт «Эйятерра» и провели сканирование их организмов, они находились в самой лучшей гостевой каюте, но до сих пор не пришли в себя. Радьяр боялся, что парализатор не рассчитан на столь хрупкие тела. И одна только мысль, что они сами могли причинить этим самочкам вред, приводила его в ужас. Он мог бы на правах старшего просто объявить одну из них своей, но, стоя сейчас посредине каюты, он молча думал о своих братьях. Ведь если его пара выберет одного из его братьев, он не выдержит и нападет, отвоевывая свое. Он даже представить себе не мог, что когда-нибудь в жизни ему придется выбирать между самкой и братьями. Как только он почувствовал ее запах там, на человеческом корабле, все его инстинкты завопили, словно злые духи.