Под кожей (СИ)

Всполох искр обдает мой живот. Вся собранная за последний час расслабленность испаряется, ведь среди присутствующих за столом я вижу широкоплечего брюнета, одетого в синий пиджак и белую рубашку.

Я не удивлена увидеть его здесь, но в спектре моих ощущений он кажется чертовски ярким мужчиной, и я не думала, что успела об этом подзабыть, но вот выходит, что успела.

Я смотрю на его профиль, ослепленная контрастом белой рубашки с черноволосой шевелюрой и аккуратной бородой того же темно-каштанового оттенка.

Денис поворачивает голову. Я прохожу мимо, заставив себя вперить взгляд в лицо Бориса, который галантно встает и отодвигает для меня стул.

Я занимаю стул, который предложил мне Борис. Лида садится между нами. За столом, помимо нас, присутствует старшая дочь Галицких — шестнадцатилетняя Милана. Также их партнер со своей супругой и сестра Бориса, к которой Лида испытывает мало родственных чувств. И еще двое человек: прокурор Денис Алиев и его незнакомый мне спутник. Молодой кавказец, одетый в спортивную толстовку и джинсы.

Он сосредоточенно подчищает свою тарелку, стуча приборами, и бросает на меня лишь беглый взгляд. Расправив на коленях платье, я наконец-то перевожу глаза на его соседа.

Алиев смотрит на меня через стол. Скользит взглядом по лицу, плечам. Это скольжение медленное и плавное настолько, что почти осязаемо. Настолько, что Денис выглядит выпавшим из реальности и даже не пытается это скрывать, маскировать или хоть как-то корректировать.

Я попадаю в плен этого тягучего контакта, и он настолько вязкий, что в моих ушах отключается звук. Грохочущий на весь зал голос ведущего смолкает, превращается в отдаленный звон, пока в этот вакуум не врываются звуки моего имени…

Я смотрю на Лидию, которая добродушно объявляет:

— Карина только-только вернулась из Питера…

— Как там Северная Пальмира? — интересуется Борис.

— Там потрясающе, — отвечаю я.

— Чем занималась?

Переведя дух, я двигаю стоящие перед собой приборы и бокал, освобождая больше места.

— Гуляла… — отвечаю и на этот вопрос тоже.

— Честно, завидую, — говорит Галицкий. — Мы там сколько не были? Лет пять? — обращается он к жене.

— А то и больше, — кивает она.

— Кстати, у нас с Лидой медовый месяц в Питере был. Три дня. Гуляли, ели, детей делали…

— Борь, — пеняет Лида, но ее голос полон веселья. — Ты думай иногда, что несешь. Тут деть твой за столом, — кивает она на дочь. — Несовершеннолетний.

— Милеш, — обращается Борис к дочери. — Ты можешь идти. Папа разрешает.

— Ну слава богу, — девочка закатывает глаза и начинает собираться: кладет в сумку телефон, забирает со спинки стула кофточку.

— Может, пора повторить? — предлагаю я."

"— У меня на повестке Дагестан, — делится Боря.