Королевская кровь-11 (СИ)

Примеять ли ее – только вам решать.

- Мне нравится эта идея, Люджина.

Северянка улыбнулась.

- Вы – человек дела, а не рефлексии, ваше величеcтво. Я знала, что вам пoнравится.

Когда королева Бермонта попрощалась и отключилась, Люджина осталась стоять у окна, симая трубку. Спина и лицо были мокрыми от напряжения, а ноги болели так, будто она ступала по тонкому льду.

С тех пор они общались уже несколько раз. Полина могла посреди беседы словно невзначай уточнить что-то по случившемуся разговору и, получив ответ, быстро вернуться к основной теме. Люджина ни о чем не спрашивала: если понадобится, королева сама попросит помощи, а до тех пор не стоит вмешиваться в сложную работу, которая, по всей видимости, шла сейчас в душе Полины Бермонт.

***

Игорь был за рулем, а Люджина, сидя рядом, листала досье на барона Дугласа Макроута, подготовленное подчиненными Стрелковского.

С фотографии, сделанной уже в бункере, на нее смотрел угрюмый мальчишка с военной выправкой и неожиданно развитыми плечами. Двадцать один год, темный, в роду одни темные, легализованный. Поместья и земли в Блакории, до того, как пропал из виду, учился в военной академии Рибенштадта.

- Преподаватели академии, которых удалось найти, характеризуют его исключительно с положительной стороны, – прочитала она вслух.

- Гoсподин Смитсен тоже считался положительным во всех отношениях, – пробурчал Стрелковский, - а Соболевский, который чуть не прикончил нас на Хартовой сопке, – обаятельнейшим и деликатнейшим человеком. Пожалуй, единственный из темных, про чей невыносимый характер я знаю лично – это профессор Тротт.

- Он мне показался очень приятным, – Люджина с удивлением подняла глаза от досье. — Немного строгий, но настоящий мастер своего дела. Но я всегда испытывала слабость к профессионалам.

- Я это уже понял, - усмехнулся Игорь с теплотой, и она рассеянно взглянула на него и пожала плечами, словно говоря «что есть,то есть». Чуть отодвинула кресло назад, с наслаждением вытянув нoги, и снова погрузилась в чтение. Живот ее торчал уже угрoжающе, и Игорь вел машину очень мягко, избегая рывков.

Иоаннесбург, чье население за счет беженцев увеличилось почти вдвое, казался бы привычно-деловым, если бы не попадавшиеся повсюду знаки войны. Горожане гуляли с колясками, собаками и просто так, спешили куда-то курьеры и офисные работники. Но тут же встречались патрули и блокпосты, рекламные щиты с информацией о том, где найти или предоставить помощь, как действовать при эвакуации, патриотическими призывами, фотографиями королевы и вдохновляющими цитатами из ее речей. Над крышами мелькали боевые и патрульные листолеты, на дорогах стояла или двигалась колоннами техника – и чем ближе к окраинам,тем бoльше.