Королевская кровь-11 (СИ)

Даже Ли Сой был чуть моложе – и только они с Алмазом помнили мир таким, каким он был почти два века назад. Когда из двух веков в сумме больше сотни лет работаешь вместе, враждуешь и дружишь, открываешь мир и разочаровываешься в нем, успеваешь побыть и альтруистом, и мизантропом, поспорить до драк и напиться до чертиков,иногда влюбляться в одних женщин и даже жениться по очереди на одной из них, невозможно не понимать друг друга.

- Ты прекрасно знаешь, что мой разум устойчив как никогда, – откликнулся Черныш, соединив пальцы рук и оглядывая шахматную доску. – Простo держишься за смешные принципы человеколюбия, хотя уж должен понимать, что люди того не стоят. Милосердие делает тебя слабым, Алмазушко.

- Нет, Данзан, - усмехнулся лмаз, – оно делает меня сильным. Не позволяет погрязнуть в тьме безо всяких границ. Я приближался к ней, разочаровавшись в людях, но мои ученики заставили меня вновь полюбить людей. А на что опираешься ты?

- На цель, – немедленно ответил Черныш. - Сделать человека всемогущим и бессмертным.

- Но мы и так бессмертны, Данзан. Нам дано знать, что души уходят на перерождение.

- Я неохотно верю в то, что не могу доказать, - покачал головой Черныш. – Знаешь ли ты хoть один случай памяти о прошлой жизни, лмаз? Мoжешь гарантировать, что это не божественная придумка для спасения человечества от осознания бессмысленности бытия и получения от нас молитв и жертв? Но даже если так… пусть мы перерождаемся. Я все же склоняюсь к тому, что это правда. Но - теряя весь опыт. Возрождаясь с другими умениями, в других телах. Я хочу убрать божественную рулетку из этого уравнения. Уничтожить петлю обесценивания прошлого опыта. Я хочу долго жить, Алмаз. На сколько еще хватит нашего резерва, ты не думал? Тебя не страшит, что наш путь конечен и вечно мы его продлевать не сможем?

- А если весь смысл в опыте душевном, а не умственном?

Черныш отмахнулся.

- Не уходи в дебри философии, не люблю болтовни на темы зрелости души. Это недoказуемо. Я мечтаю о бессмертии физическом.

- Убивая по пути к нему? Ты не видишь парадокса?

- За все нужно платить, Алмаз. Я не жалею других. Но и себя тоже, или поспоришь? А раз ты заговорил о переродении, не пойму твоей жалостливости. Убрал бы я Бермонта, так он бы вернулся после перерождения. Я ведь разрушил бы только физическую оболочку.

- Но за свою ты держишься и не хочешь ее разрушать, – заметил Алмаз.

- И уже объяснил, почему. Ты просто не можешь простить, что у меня хватает духу делать для мира грязную работу. у тебя нет. – Черныш поднял глаза к потолку – чтобы ещё раз убедиться, что просевшие стихии не вoсстанавливаются. - Ты предпочитаешь сдохнуть чистеньким. я - жить, пусть чуть запачкавшись. Не думай, что мне доставляет удовольствие убивать мальчишек типа Бермонта.