Королевская кровь-11 (СИ)

После нескольких часов погони, перемежая смех с шипящим матом, Дармоншир прекрасно понимал Луциуса Инландера, который в первый Люков оборот хорошенько его потрепал. Таммингтона нужно было ловить – ибо дармонширская армия уже стояла на рубежах графства Нестингер и битва с иномирянами, успевшими окопаться и подтянуть новые силы, должна была начаться со дня на день.

Марина напоила лорда Роберта кровью на следующий день после отлета Люка. Признаться, Дармоншир не очень надеялся на то, что его план по инициации второго змея воздуха сработает. У самого Люка от вкушения крови Марины и до оборота прошли месяцы… и, скорее всего, он бы и не произошел, не случись ночи в горном убежище в Блакории.

Но то ли кровь Инлия Инландера в Таммингтонах действительно была разбавлена несравнимо меньше, чем в Дармонширах, то ли кровь Марины после получения брачных браслетов и из-за беременности усилилась, но факт оставался фактом – с того времени прошла всего неделя, и Люку, вернувшемуся вечером с разведывательного полета, передали сообщение от супруги, утром полученное штабом по радиосвязи.

«Люк, – говорилось в расшифровке, – этой ночью лорда Роберта начало ломать и лихорадить. Поначaлу врачи решили, что развилось воспаление после ранений, но Энтери осмотрел его и сказал, что с организмом все в порядке, однако аура расширяется тoлчками. Таммингтон начал бредить – пытался распахнуть окно палаты, утверждал, что видит ветер. Я поняла, что это то, о чем ты говорил, и уже представляла лазарет разрушенным, а себя - убегающей от голодного змея. Но, к счастью, к утру ему стало полегче,и они с Энтери улетели в Милокардеры с палаткой,теплой одеждoй и запасом еды».

Вторая расшифровка была помечена полуднем.

«Так как ты не ответил, я написала Нории, как мы условились. Надеюсь, с тобой все хорошо, мой драгоценный супруг».

Он, прикуривая сигарету, как наяву услышал, как она иронично и нервно произносит последние слова, и усмехнулся. Люк скучал по ее остроте и терпкости и не раз готов был сорваться в Вейн, провести с ней хотя бы пару часов.

Но он бы опять расклеился, разнежился, захотел бы остаться на ночь… и тем сложнее было бы возвращаться. Тем более что его солдаты и офицеры не имели возможности заглянуть к родным. Нет, он сначала обеспечит мир, в котором Марине не нужно будет резать себя, воевать и убивать, в котором смогут безопасно расти его дети, а потом уже будет наслаждаться ею.

Тягучие будни армейского похода, редкие стычки с отставшими иномирянами или диверсионными группами, реальность, в которой подавляющее время войны – это ожидание, передвижения и подготовка к боям, вводили его в уныние.