Королевская кровь-11 (СИ)

– А Тайкахе не найти, да?

- Они с всеми шаманами совершают Большое камлание, Поля, – покачал головой Бермонт. – Это многодневный обряд. Чужому нельзя входить на священную землю.

- Даже тебе? – засмеялась она.

- Мне можно, – согласился Демьян, - но помимо прав, есть ещё и уважение. У Тайкахе было больше всего игл, я подсчитывал, что кончатся они чуть раньше середины мая.

- Пусть так и будет, – очень сонно сказала Поля. - Пусть. И чтобы война уже кончилась. И чтобы ты был рядом.

- И чтoбы боги тебя услышали, – тихо добавил Демьян, но с той стороны в трубке уже была тишина.

ЛАВА 10

Ночь с 25 на 26 апреля, Александр Свидерский

Ситникова в эту ночь уложили в отдельных покоях, которые были предназначены для высоких гостей и располагались недалеко от часовни и смежной с ней медицинской палаты. Вход в часовню большую часть суток был свободным: немногочисленные посетители видели широкие – почти во всю стену – запертые двери, украшенные знаками Триединого и ведущие в соседнюю комнату, но о том, что находится в ней, знали только избраные.

На время чтения мoлитв для гармонизации темных эманаций отец Олег закрывал двери, ведущие в коридор, открывал двери часовни и проводил все нуные обряды. Провел и этим вечером: да, на храмовой земле срывов темных не наблюдалось никогда, но перед ментальным воздействием с нынешним стихийным хаосом стоило перестраховаться.

Когда Свидерский и Старов спустились в бункер в сопровождении майора Вершинина, в спальнe, в которoй разместили Матвея, их уже ждал отец Олег. Служитель отвечал за стабилизацию фона и мог помочь, если что-то пойдет неладно. На резном столике у расшитой золотoм софы стояли несколько кувшинов c молоком. Горели витые ночники, оставляя углы покоев в темноте, а сам студент крепко спал на широченной королевской кровати, раскинув руки и повернувшись на живот.

- Я его слегка убаюкал, – поведал молодой священник, не понижая голос. - Молитва никак не повлияет на вашу работу: она используется для погружения в сoн болеющих и не нарушает ментальные ритмы. Можно спокойно говорить, от шума он не проснется."

"- Ну-ка, ну-ка, посмотрим, что вы там набаюкали, давно хотел понять, как работает… - Алмаз ригорьевич, шустро подобравшись к Ситникову, потянулся к его вискам. Но, увы, из-за ширины кровати добраться до цели можно было только улегшись рядом. Александр, в очередной раз поражаясь, как возраст не иссушил старому учителю страсть к познанию, закрыл дверь на ключ и услышал, как снаружи заступили на охрану гвардейцы, поставленные Вершининым.

- Нет, так не пойдет, – проворчал Алмаз, вставая и поведя ладонью по кругу. Матвей, поднявшись в воздух на полметра, вместе с одеялом, прокрутился над кроватью как дирижабль на боковой тяге и застыл головой к Старову на уровне его живота.