Конечно, беременна! (СИ)

И так больно…

Как же так вышло, что я, - действительно, по-настоящему влюбилась в него?

Ну, - как? Если на нем, будто неоновая вывеска светится : « Не подходи. Опасно». Типа как « не влезай. Убьет».

И что мне теперь делать?

Бросить все и сбежать?

Не брать трубку, если он будет звонить, не появляться у него в офисе, да и вообще – можно же даже квартиру другую снять, чтобы он меня не нашел!

Видеть его после сегодняшнего не могу! Вот просто до физической зубной боли!

- Хватит, - бормочу водителю, как только ко мне снова возвращается способность говорить. Все это время легкие обжигало настолько, что ни единого звука не могла издать, хотя несколько раз и раскрывала рот, - слишком уж далеко мы уже заехали от моей квартиры. Но рано или поздно все равно придется возвращаться, - да и не даст это ничего, даже если я так трое суток промотаюсь с водителем. – Везите меня домой.

Еле доплетаюсь до квартиры, как будто это было не езда, а я сама бежала через весь город, и измотала все силы, которых осталось только на то, чтобы отшвырнуть мобильник с кучей пропущенных от Алинки.

Ничего, - я ей сказала, что еду домой, так что беспокоиться она не будет, по идее. А вот она так и осталась там, в ночнике, прямо зависла.

Да и ладно. Какое это уже имеет значение? Какое ВСЕ теперь уже имеет значение, если хочется только одного, - залезть с головой под одеяло и больше никогда из-под него не высовываться?

Сказала бы, что лучше бы и не высовывалась в этот вечер, - тогда Аскольд остался бы для меня тем, кем еще был этим утром, - пусть даже и с сомнениями насчет того, что я для него значу.

Но – нет. Теперь зато все сомнения развеялись, все стало предельно ясно.

Я для него – просто никто. И таких у него вагон и сто тележек. И мне даже не жаль того, что я об этом узнала. Все лучше, чем пустые надежды и иллюзии. Предельная ясность, - и пусть она даже приносит эту адскую боль, которая сейчас раскурочивает меня изнутри. Но все равно – правду знать всегда лучше, какими бы ни были трепентые надежды.

- Ну, наконец-то, - звонок Алины выдернул меня из тяжелого, но все равно блаженного сна, - потому что в нем не было памяти и сновидений где-то около шести утра. – Что с тобой вчера случилось?

Ну, - не говорить же мне, что тот, в кого я умудрилась вдруг влюбиться вышел вчера из кабинки с расстегнутой ширинкой после того, как эту самую кабинку покинули две девицы, явно не обьремененные особой моралью? Да и Алинка только рассмеется, знаю я ее. Скажет, что сама виновата, - нужно было не доводить мужика до сперматоксикоза! И вообще – не готова я обсуждать все эти детали, даже с лучшей подругой!

- Ничего особенного, - сон слетает в один миг и глаза снова наливаются слезами. – Просто… Ну, скажем, кое-кого встретила, с кем очень бы не хотела встречаться.