Кодекс Крови. Книга II (СИ)

А дети так и продолжали кричать, подбадривая себя и громко комментируя каждое движение паука.

— Смотрите! Вон он, сверху! Смотрите! Это он! Он пришёл! Он обещал!

Мария пыталась рассмотреть, кого же так радостно встречали дети, но постоянно меняющий положение паук мешал ей это сделать. Когда остался последний наёмник, с ног до головы измазанный в крови, паук проткнул ему руки и ноги, пригвоздив к земле. Вместе с этим тварь опустилась брюхом на землю, будто пытаясь рассмотреть свою последнюю жертву.

Маша думала, что паук отгрызёт магу голову или проткнёт жалом, как делал не раз до этого, но неожиданный защитник удивил. По одной из его лап скатился Виноградов, что-то сказал магу и одним резким движением вскрыл ему грудину, вырвав сердце. Гаврила Петрович при этом был бледен до синевы, но глаза его горели алым безумием, хуже, чем у наёмников до этого. Резко подкинув сердце в воздух, Виноградов скормил его пауку, а следом взобрался обратно на тварь и покинул поле боя.

Маша отстранённо услышала звон опавшего щита, боясь пошевелиться, и только завозившиеся под ней дети вывели принцессу из оцепенения. К ним бросились бойцы Комарина, ощупывая и осматривая малышню. У многих бойцов в глазах стояли слёзы.

Принцесса отстранённо пыталась осознать, чему свидетелем она только что стала, когда её обняли сильные и такие родные руки.

— Доча, кивни, если с тобой всё в порядке, — тихим голосом попросил император.

Вокруг суетились люди форме, с не менее ошалевшими взглядами рассматривая бойню, учинённую вокруг.

Маша кивнула, не понимая, что здесь забыл отец и как он тут оказался.

Спустя пару минут по ней прошла волна целительной магии, немного просветлив мозги и, кажется, притупив столь яркие воспоминания о недавних событиях. Участливый взгляд Бориса Сергеевича подсказал, что она не ошиблась. Ей, как самой последней истеричке, искусственно снизили накал эмоций.

Видя, что дочь всё ещё не реагирует на внешние раздражители, император махнул рукой, кого-то подзывая к себе.

Через пару мгновений принцессу обняла подруга, прошептав на ухо:

— Не сдавай его, прошу, иначе ему не жить. Остальные будут молчать, связанные кровной клятвой.

Глава 12"

"Нашли меня Паук, Маркус и мой тёзка из орловцев. Состояние было дрянное. Я ощущал себя ни много ни мало ожившей мумией. Мысли вяло ворочались, не было сил даже обратиться за помощью по кровной связи. Эта война выжала из меня всё и даже больше.

Сперва самоубийственное, но крайне удачное взаимодействие с зубом Фенрира.