Ученица Хозяина Топи (СИ)

Лесьяр же и сам из теней между домами вышел, точно из воздуха соткался, а за спиной — плащ из тьмы сотканный клубится.

— Вот, Хозяин, нашел, — указал на рябого староста, — он своим дружкам то разболтал, как к немке ходил. Али не было, скажешь? — последнее уже к рыжему обращаясь.

— Да коли и было! — поднялся с земли, да снова слова выплюнул, точно понял, что нет толку отпираться более, — пусть спасибо скажет, что на нее вовсе кто внимание обратил! — и хохотнул еще так гаденько. Но что еще более поразило Весенью, так что мужики в толпе загоготали. Михай на тех, правда, неодобрительно поглядывал, да не одернул.

— Да разве ж она тебя звала? — покачал головой староста. Тому уже ясно было, чем дело кончится. И жаль вроде парня было, что глупый такой, а девка то тоже пострадала, да не по своей воле.

— Да где ж она позовет, она ж немая, — словно бы не понимая, к чему все идет, продолжал насмехаться Кирдыш. Еще и доволен так был собой.

— И остановиться не просила? — теперь уж Лесьяр с наводящими вопросами подключился. А дурню все едино.

— Да говорю ж — немка она! — и гогочет вместе с мужичьем. — Мычит себе чего-то, ногами-руками дрыгает, так то может от удовольствия, мне откуда ж знать?

Тут уж Вешка не выдержала.

— Да ты, паскуда, еще бахвалиться тем вздумал? — а сама у старостихи рядом стоявшей, полотенце с плеча сдернула, закрутила в жгут плотный, быстрым шагом к рябому приближаясь. Замахнулась на охальника, да тот руку ее перехватил, прежде чем Вешка успела его полотенцем садануть.

— Могу и тебе помочь, — одарил ее смрадным дыханием в самое лицо. А в следующий миг взвыл, навзничь падая. Веша обернулась по наитию, перепугаться не успев — прямо за ней Лесьяр стоял. Мягкой рукой Весенью за спину отодвинул, да над скрючившимся Кирдышом склонился.

— Забыл, с кем дело имеешь? — говорит так спокойно, лицо застывшее маской кажется. Да только от того спокойствия внутри все стынет.

Рыжий уж не орал, глядел только снизу вверх перепуганно. Странно это было со стороны наблюдать — детина взрослый, а сжался, как младенчик, едва губы не трясутся. Еще миг назад такой самодовольный, теперь он был попросту жалок.

Тучи снова сгустились, солнце загораживая, да темень наводя. А в той темени свет глаз Болот Хозяина все ярче проступал. Притихли люди на площади, теперь уж не гоготали.

— Учитывая все материалы дела, — Лесьяр выпрямился, оглядывая толпу и останавливаясь взглядом на Михае.