Хагалаз. Восхождение (СИ)

На ум внезапно пришёл черноволосый паренёк, который выступил с ней вперёд по велению Белого ока.

— Элоф, — выдала девушка почти на автомате. Арравел призадумался.

— Тот юнец? Чем он тебе насолил?

— Вас это не касается. Семейные конфликты. Будьте покойны.

— Знаешь, что я думаю? Ты со мной нечестна. Давай рассуждать логически. Элоф, вероятнее всего, и так здесь умрёт. Он неплохо дерётся, но ещё юн и неопытен. Какова вероятность того, что причиной его смерти будешь ты, если всё решает жребий? Рисковать жизнью за волю случая? Я в это никогда не поверю.

— А теперь ответь честно.

Пульс девушки участился. Не умеешь врать — не пытайся. Придумать что-то с ходу оказалась сложнее, чем она представляла, а лорд столь пристально следил за каждым её движением, что Хаара почувствовала себя червём в ладони человека. Лучшая защита — нападение, так что Хаара рискнула вновь отвести от себя внимание.

— Такое чувство, будто вы боитесь, но я не понимаю почему. Вы ведь не участник турнира, вам ничего не грозит. И Элоф, и я… возможно, все мы умрём. С арены выйдет один, и мы не знаем, кто это будет. Я уже всё потеряла в жизни. У меня нет ни семьи, ни дома. Мне некуда и не к кому возвращаться. Сделав месть единственной целью, я дала себе повод ещё некоторое время пожить. А теперь меня за это осуждают? Почему я должна оправдываться? Не похоже, что для вас важна моя жизнь, так и какая разница, как я сгублю её?

— Суровое обвинение в адрес того, кто тебе её спас. Не попроси я из доброты душевной заняться Эфея твоей раной, и не дожить бы тебе до следующего боя.

— Значит, я ошиблась, и вы обеспокоены моим благополучием?

— Не я. Скажешь спасибо Блэйру.

От этого заявления Хааре стало и вовсе не по себе.

— Блэйру? При чём здесь… он что вам, кем-то приходится?

— Я его патрон. Блэйр — источник моего заработка, и как ты понимаешь, обеспокоен я его сохранностью, а не твоей. Но он попросил меня оказать услугу, и как видишь… ты уже в сознании.

Девушка вздохнула и мысленно выругалась. Неужели она теперь в долгу перед каторжником? Что за благосклонность к ней? Арравел поднялся и подвинул стул к стене, затем взглянул на бледную нахмурившуюся преступницу, будто ждал от неё рокового признания.

— Интересные у тебя шрамы на руках. Давно рассматриваю. Как будто кто-то пытался их отрубить. Расскажешь напоследок, как ты получила это увечье?

Хааре невольно вспомнился Дэррад, безумный страх и ни с чем не сравнимая боль.

— Долгая история, не стоящая вашего внимания.

— Жаль. Что же… поправляйся. Ты выиграла бой с Браном, и несколько дней жизни — достойный победы приз. — С этими словами Арравел вышел из комнаты, оставив девушку наедине с её дурным состоянием и роем неприятных мыслей.

Тем временем к воротам тюрьмы медленно приближался человек.