Капкан (СИ)

Та ночь в Вашингтоне оказалась простым знакомством, по сравнению с тем, что творится между нами сейчас. Я ни раз молю его остановиться, но тут же прошу продолжать. Он безжалостен, груб и не умеет проявлять нежности. И мне сносит голову такое грязное, животное влечение — именно оно доводит до сногсшибательного оргазма.

В какой-то момент, когда мы лежим рядом, переводя дыхание и восстанавливая силы, я вдруг задаюсь вопросом: найдётся ли однажды панацея от данного наркотика? Сумею ли я вылечиться от сексуальной зависимости к этому мужчине? Или все это прекрасное однажды и станет пагубным якорем, что потянет меня к новому дну, из которого не выкарабкаться?

Встаю с постели, накидываю на себя попавшуюся под руки рубашку Роланда и иду собирать свою разбросанную одежду по комнате. Даже вспомнить не могу, почему все валяется по разным углам. Да и плевать. Просто хочу уехать. Попытаться доказать себе, что могу это сделать.

— Куда собралась?

— Я не остаюсь с ночевкой у мужчины. Мне пора, — стараюсь не смотреть на него, потому что знаю, чем все закончиться."

"— Привыкла принимать всех у себя? — усмехается, вставая с постели.

— Не все же такие придирчивые, как ты, — решаю не уступать.

— Не всех смущает иметь тебя в квартире, которую подарил другой хахаль? — приближается все ближе.

— И тебя не должно. Мы ведь не под венец с тобой собрались, — поднимаю с пола бюстгальтер и бросаю на него недовольный взгляд.

Я, конечно, не ангел, но даже мне страшно представить, какое количество мужчин, по мнению Роланда, побывало в моей постели.

Выхватывает из рук собранную одежду, бросает ее на пол и тянет меня к себе.

— Ты останешься здесь, со мной, в моей постели и не выйдешь за её пределы, пока не наступит рассвет! — цедит сквозь зубы. — Тебе придётся подстраивать свои принципы и правила под меня! Поняла?

— Как это стал делать ты? — усмехаюсь, не желая поддаваться ему.

Наши слова выводят нас из себя, сносят и так сношенную крышу. Мы оба знаем, что правы. Он уже изменил своим принципам, а я понимаю, что останусь сегодня с ним. И не потому, что он так сказал, а потому, что я так хочу и не могу совладать со своими желаниями. Нами овладевает злость, мы впиваемся друг другу в губы и, в рефлекторном поиске ""пристанища"", сносим все на своём пути. Этот секс будто предназначен не для удовлетворения, а для попытки покалечить друг друга сильнее. Я царапаю всю его спину, впиваюсь зубами в шею, стараясь унять его нещадное тело. Даже боюсь представить, что будет завтра с нашими телами, останется ли от них хоть что-нибудь живое.

Очевидно лишь одно — мы оба попали в капкан порока. И выбираться из него не хотим.

Просыпаюсь я раньше Роланда.