Капкан (СИ)

Но глазами найти так и не смогла.

Раздосадованная, сломанная и потерянная, я в последний раз коснулась земли, под которой находилось больше жизни, чем во мне, и пошла в сторону машины, где меня ждали родители.

Выйдя за ограждение кладбища, я увидела перед собой Демида и, обрадовавшись его присутствию, кинулась к нему в объятия, уткнувшись носом в шею и вновь расплакавшись.

— Я бы хотел разделить с тобой твою боль, моя девочка. Но знаю, что ничто сейчас не поможет! Только время.

Какие глупости. Я больше не верю ни жизни, ни времени. Одна ломает судьбы, другое растягивает боль от сломанного.

— Ты должна улететь, Медея! — услышав эти слова, отстранилась от него, не поверив своим ушам.

— И ты туда же? Сначала твой друг, потом родители, которые твердят об этом который день, а теперь ты? Как вы не понимаете, я не хочу бежать, как крыса с тонущего корабля, — говорила, как заведенная, вытирая слезы из глаз. — Нужно найти виновного и наказать. Неужели, никто этого не понимает?

— Это передал тебе Роланд. Прочти, — протянул мне записку, проигнорировав мои вопросы.

Приняла лист бумаги, не предвещающий добра. Открыла его и с содроганием принялась читать его:

«Я передал тебе билеты и деньги через Демида, и прошу на этот раз отнестись к моей просьбе более серьёзно. Ты, твоя семья, твой отец — вы все в опасности. В поисках Арианы, я разворошил осиное гнездо, вернув прошлое в наше время. Выстрел в Эмми был предназначен для тебя. Таким образом они хотели предупредить меня, чтобы я не лез в дело семьи Эрнеста.

Сейчас они думают, что ты была просто моей любовницей, поэтому улетай, пока они не поняли, кем ты являешься на самом деле. Прошу тебя, подумай сейчас о своих родителях и не лишай их еще одного ребенка!»

С трудом дочитала этот кусок яда. Дрожащими руками протянула записку обратно Демиду, смотря на него потерянными глазами.

— Скажи, что он это просто придумал, чтобы заставить меня улететь? — голос дрожал, на глазах снова наступали слёзы. — Демид, пожалуйста, — сглатывала раз за разом нарастающий ком, мешающий говорить.

— Увы, — произнес с болью в глазах и в голосе.

— Нет, — как сумасшедшая качала головой. — Я ведь никогда нас не прощу за это, он понимает это? — сорвалась на крик.

Отошла от парня, стала глазами искать Ханукаева младшего, была уверена, что он там — не могло быть иначе. Ведь, если моя жизнь — это ад, Роланд в ней — сатана.

— Ты!!! — закричала, разрыдавшись. — Ты убил мою сестру! Лишил меня всего, будь ты проклят! — задыхалась, захлебываясь в слезах.

Ко мне подбежал Демид, следом родители. Они пытались успокоить, но было бесполезно.

— Стоила твоя Ариана жизни моей сестры? — Демид пытался взять на руки, но я упала на колени и отбивалась от него в истерике, продолжая кричать, что есть сил.